Хуа Чэн, что когда-то был спасён юным Се Лянем, восемь лет спустя заявляется на бал-маскарад в поместье Сяньлэ и приковывает к себе его взгляд.

АУ, в котором Сань Лан становится третьим личным подчинённым Наследного Принца до его вознесения.

О том, как небожители наблюдали за занятием каллиграфии Князя Демонов.

Хуа Чэн довёл своим литературным талантом тридцать четыре Небожителя. Тридцать три — до полного уничтожения их репутации и самооценки, и лишь одного — до краснеющих кончиков ушей и жара в теле.

Хуа Чэн умел и любил удивлять, потому что реакция Се Ляня на его выходки бесценна. Видеть, как загораются счастьем глаза; как расцветают щёки нежным румянцем – всё это было дорого его мёртвому сердцу. Он корит себя за непристойные мысли, но не может удержаться от предложения, на его взгляд, безумно мерзкого. Он ждёт презрения и отвращения, но получает лишь любовь и ласку. В голове тревожным огнём горит лишь одна фраза: нельзя соединять божественное с безобразным.

Се Лянь рассматривает нежный белоснежный цветок, едва раскрывший лепестки. В чашечке слезой дрожит капля росы. Удивительно мягкий аромат едва ощутим и напоминает о чём-то, похороненном в прошлом. До мурашек напоминает, так что воспоминания отдаётся болью.

— Сань Лан, — невыносимая ласка топила, — ты не забыл, о чём я просил? Хуа Чэн сглотнул. Он не забыл. — Гэгэ просил звать его по имени, — ответил он, пользуясь небольшой передышкой. // Хуа Чэн готов пойти на всё, чтобы сделать Его Высочеству хорошо. Даже если это не всегда легко даётся.

Его Высочество наследный принц смотрит на него со стены своими светлыми ласковыми глазами, и теперь, когда он валится на колени, подняться уже не получается.

Се Лянь с Хуа Чэном решают воспользоваться «услугами» демона, пожирающего воспоминания, чтобы додать Умину немного любви.

Столица Юнани горела, и лишь один человек равнодушно взирал на агонию гибнущего государства. Ветер трепал широкие рукава белых одежд, белая маска одновременно плакала и улыбалась... Чем бы всё закончилось, если бы Се Лянь стал Бедствием...

Государство Сяньлэ доживает свои последние дни, сгорая в пламени войны. Только один человек молится мёртвому богу в заброшенном храме... Хуа Чэн вспоминает о прошлом, его мучают кошмары, и покой он находит лишь в тёплых объятиях своего божества.

Чудесное подношение лежало на алтаре, полностью готовое оказаться во власти своего Бога...

Се Лянь вдохнул запах ядовитого демонического цветка и теперь его ждут сильные побочные эффекты. Хуа Чэн хочет помочь принцу и отводит его в пещеру, чтобы укрыться от нечисти и восстановить силы.

Пережив сотню ударов мечом от рук собственных верующих, Се Лянь приходит в себя в обществе верного Умина, который не позволяет ему рухнуть в бездну отчаяния и натворить дел. И многое в этой истории складывается иначе. (Пост!Игольница здорового человека).

Когда-то у Се Ляня было всё, а теперь – лишь съёмный угол и работа в общепите, на которой он пашет за копейки до седьмого пота. Он хотел помогать людям, но кто теперь поможет ему – человеку, которого все считают неудачником и убийцей?

Хуа Чэн, подвергшийся проклятию, теряет все свои воспоминания о Се Ляне, и есть только один способ вернуть их: Се Лянь должен заставить Хуа Чэна поцеловать его. Это не должно быть слишком сложно, верно? У него есть план. - Приветствую тебя, Чэнчжу, - произносит Се Лянь. - Приношу извинения за вторжение. Я был подарен тебе Небесами в качестве... - его голос дрогнул. - Я имею в виду, чтобы... Се Ляню внезапно стало жарко под взглядом Хуа Чэна. - Чтобы стать для тебя... стать...

К возвращению Хуа Чэна у Се Ляня накопилось очень много идей и очень, очень много сексуального напряжения. Фанфик, в котором бог и демон играют в "правду или действие", и каждый ход значит очень многое.

Се Ляню было очень любопытно, как Хуа Чэн стал непревзойденным в постели... Sex education Небожижа version

Се Лянь и Хуа Чэн — друзья по переписке из разных городов, которые общаются практически без перерывов. Стоит Се Ляню признаться, что его чувства находятся за пределами дружеских, как что-то идет не так.

А что если советник Фан Синь выбрался из гроба в момент открытия Тунлу? А что если он попал на нее в разгар запечатывания горы? И встретил совсем недавно воскресшего Умина? А если я вам скажу, что гора запечатывается, закрывая в себе демона, его бога и всю беснующуюся на ней нечисть? И теперь им двоим придется уничтожить всех демонов и закрыть печь, чтобы выбраться оттуда…