Чонгуку давно нравится Тэхён, но когда вы — альфы в армии это не просто неприемлемо, это запрещено, и остаётся только смотреть со стороны. Пока гон не меняет все планы.

Чонгук, в частности, благодаря своему уникальному запаху не терпит привязанностей, которые так или иначе возникают, и поэтому в свой гон пользуется услугами омег «определённого вида деятельности». Но что, если привязанность возникнет у него самого? А «такой» омега окажется вовсе не таким? Или история о том, как обманчиво может быть первое впечатление, навеянное стереотипом.

Чонгук – альфа, которого все боятся. Тэхен – омега, которого ничто не пугает. Даже похищение. Особенно похищение. Ведь это отличный шанс переделать мрачный особняк мафии под свой вкус и довести до белого каления его слишком серьезного хозяина.

Что может случиться, если позвонить другу, чтобы обложить начальника? Тэхен теперь знает ответ на этот вопрос.

Тэхен получает от друзей сомнительный «сертификат на расслабление» и приходит в салон с говорящим названием. Он уверен, что его ждет интим-услуга премиум-класса. Чонгук — новичок-массажист, который вообще пришел подменить подругу и рассчитывал максимум на шейно-воротниковую зону.

Резкая волна электрического импульса пронзила тело, начиная свой путь в руке, проходя через вены-проводники, через все нервные окончания, через каждую клетку. Жар сменило приятное покалывание и заполнило изнутри. В глазах появился красный блеск, а маленькие омежьи клыки отчего-то внезапно зачесались и запульсировали. — Съездил за инструментом, — только и мог произнести Тэхён, которого уже за руку утягивали внутрь квартиры альфы.

Порой сложнее всего не провести операцию, а понять свои чувства к человеку, который сводит с ума своей безупречностью.

Чонгук. Вот значит какое у судьбы имя. Чон-гук. Хотелось перекатывать его на языке снова и снова, вогнать себе под кожу, в свою память, влить в кровь, чтобы оно бежало вместе с ней по венам, отпечатать в каждой клеточке тела. Чон-гук. Хотелось в нём раствориться, распасться на атомы и вознестись к небесам с одним лишь именем на губах. Чон-гук.

Посреди пепла исчезающего мира в небе гаснет последняя улыбка. Дым щиплет глаза, слёзы прощания сохнут на щеках. Страны чудес больше нет, но, если реальность похожа на сон, возможно, сон просто притворяется реальностью.

Все время, пока я смотрел в окно, я догадывался, но до конца не осознавал, что этот мир настолько велик. И порой все, что нужно — это немного веры, смелости и желания, чтобы увидеть мир за пределами.

Это был самый пасмурный день весны. Дождь был настолько сильный, что едва можно было что-либо разглядеть. А они стояли за кампусом, одни, насквозь промокшие, и открывали друг другу свои сердца. Неловкие, смущённые и до безумия влюблённые.

"Почему ты не хочешь выпустить меня?" - с досадой спросил он. - От Демонов ничего хорошего не жди, - ответил Шихёк прикладывая мокрое холодное полотенце на пылающий лоб. "Я хороший" - уверил его Демон, а под закрытыми веками мужчина увидел пухлые обиженно надутые губы. - И что ты тут делать будешь? Людей с пути истинного сбивать? "Ой, да ладно тебе! Вы сами прекрасно с этим справляетесь!" - Он всплеснул руками, - Такого нагородить можете, что хоть методический материал для нас составляй!"

— Наденешь его для меня? — А Вы выйдете? — Нет.

— Чего тебе? — рокочет Чонгук. Голос у него такой низкий, что у Тэхёна вибрирует где-то в районе желудка. Но Тэхён не был бы собой, если бы позволил какой-то груде мышц испортить ему праздник. Он лишь фыркает, демонстративно упирает свободную руку в бок и выжидающе вздергивает подбородок. — "Чего тебе"? — ядовито шипит он, копируя интонацию альфы. — Ты где этикет учил, в пещере? Сдвинь свой бампер, ты перекрываешь мне путь.

— Дорогой мой друг, — Тэхён приближается, заглядывая в чужие глаза, — не мог бы ты подкрепить адекватными аргументами свою догадку? — поднимает бровь. — Думаю, что предположение оказалось отнюдь неверным, поскольку мой рот, как слышишь, может издавать что-то кроме нецензурных слов. А судить людей безосновательно — это чистой воды кощунство, согласны? — ухмыляется. — Прости? — Чонгук, чуть приохуевший, часто промаргивается. — Он сказал пшол нахуй, псина сутулая! — коротко подытоживает Юнги.

Хочется сейчас сжать эту шею и завалить Тэхёна на стол, прижать к нему лопатками и придавить сверху всем телом. Заставить, сука, пожалеть о каждом сказанном слове, которые с цепи срывают все чувства и инстинкты, а терпение не железное. А еще до безумия не хватает этого сладкого сливочного аромата на себе, и от мыслей, что его мог вдыхать кто-то другой и быть так близко, хочется что-то разъебать. — Не забудь, завтра в десять мы разводимся. — Разве я могу забыть об этом? — усмехается Чонгук.

- Обычно омеги иначе реагировали, когда видели меня в трусах. Ну там, вау или ого, но не смеялись. Неужели все так плохо? Эй, прекрати ржать, это становится немного обидным! - Я… я не… - Тэхён согнулся пополам, держась за живот, который свело от смеха. - Прости… те, я не… специально.

— Ого! — тянет Тэхён, роняя челюсть на пол и скользя жадным взглядом по Аполлону с творческим беспорядком на голове. — Вы только посмотрите на эти ляжки! — шепчет Ким, сглатывая возбуждение при виде накачанных ног и узких бедер, обтянутых кожаными штанами. Про внушительную выпуклость в районе паха Тэ даже высказаться не может, поскольку слов, дабы описать своё состояние, у него не хватило бы...

История об одном милом альфе и красивом, но жутко доставучем омеге. — Он, змеюка такая. Прикинь, зажал меня в спортзал после физры на матах и предложил отсосать. Крошик, я доведу тебя до Гонконга и обратно, — передразнив ненавистного омегу, обречённо всхлипнул Гук. — Тоже мне, экскурсовод выискался. Ну вот чего он ко мне привязался? Других, что ли, мало?

— Не смей, — отчетливо проговорил одними губами, и услышал сигнал о закрытии двери. — Не обижайте его, он мой парень! — громко произнес Чонгук, и двери вагона закрылись, оставляя Тэхёна с десятками пар глаз, направленных в его сторону. Он чувствовал себя словно в мультике, где у персонажей лицо заполнялось красным цветом. — Вот сука, — прошипел, опуская голову. Или короткая история о том, что у Тэхёна есть лучший друг, три уровня его гейских шуток и тайная влюбленность.