Что может быть хуже тяжёлой смены в пятницу? То, что она продолжается даже после рабочий часов, но может быть её завершение всё же станет приятным?

Роберт терпеть не мог зиму и особенно холода. Хорошо, что пламя во плоти решило нанести ему визит.

Он ждал этого. Возмездия, возможности показать, кто тут сучка.

Фламбе был слаб, слаб перед Робертом как чертова собака перед хозяином.

Роберт привык к тому, что в его жизни появился кто-то, кто ее скрашивал. С кем можно засыпать почти в обнимку. Почти — потому что «фу, Роб, откатись подальше, это по-пидорски». И потому что «я гей, а не пидор, это разные вещи, тупой ты нормис». Роберт привык после работы идти на выход к парковке, плевать, что у него нет машины, зато там есть Фламбе, который искренне восхищается, как он открывает пиво глазом. Люди — рабы привычек, и Роберт совсем не супергерой, он обычный человек.

И все же Роберт ненавидел курение, он так же ненавидел свой день рождения, однако, вот незадача, этот ужасный день преследовал его каждый год, а одна пачка сигарет всегда лежала в кармане в этот день. Роб цокнул. Зажигалки то не было.

Или почему огненной сучке не стоило петь спонтанный кавер на «Сучку» Мередит Брукс в баре, где сидела одна конкретная депрессивная сучка.

Я-команда собирается в полном составе по просьбе Фламбе, чтобы обсудить один насущный вопрос: «Кто такой Роберт и почему он всем нравится?»

Фламбе – герой, вынужденный временно взять попечительство над группой придурков; Роберт – один из этих придурков. Как сложатся их отношения, когда оба ослеплены желанием вернуться в бой? AU: Герой!Фламбе и Злодей!Роберт.

Двух раненых одиночек, Роберта и Чада, насильно поселили в одну комнату. Их война началась мгновенно. Но в окопах вынужденного соседства ненависть медленно переплавилась в нечто иное — в хрупкое, выстраданное доверие. Это история о том, как из обломков и шрамов можно построить общую крепость.

У Фламбе фетиш на шрамы, а Роберт слишком часто ходит без рубашки.

— Послушай, — продолжил он, подняв руки в знак капитуляции. — Ты злишься. Я понимаю. Как ты знаешь, остаток моего дня тоже был не таким уж ахуенно замечательным. Он кивнул в сторону угла на потолке, где располагалась одна из нескольких небольших камер видеонаблюдения. — Но если ты собираешься меня сжечь, не мог бы ты хотя бы сделать это в слепой зоне? Я не особо хочу, чтобы мой обугленный труп попал в кадр 4K.

Роберт, саркастичный маг-стратег с паранойей и травмами прошлого, и Фламбе, вспыльчивый демон огня с театральными замашками, ненавидят друг друга с первого взгляда. Их союз — вынужденная мера в войне против общего врага. Но, проходя через предательства и битвы, они обнаруживают, что за маской врага скрывается родственная душа. Теперь им предстоит не только выжить в мире, где их объявили вне закона, но и принять самое опасное в своей жизни — доверие и чувство, которое сильнее любого пламени.

Не прошло и пол секунды после входа в класс, как Чед оторопел, с неловкой улыбкой зависая в дверях, чувствуя, как дергается глаз. Ну конечно, великий закон подлости, кто как не его влажная мечта прошлых ночей могла оказаться любимым учителем его племяшки? Настолько клишированное совпадение, что аж плакать от смеха хочется.

Представляется, как-то, Роберт своей команде, а его там уже знают (друзьяшкам растрепал, спичка наш))) Ребзя, у меня появилось больше вдохновения на эту тему, так что я позднее напишу полноценку-коротыш по этой теме

Кратенько, мой скетчик по новогодним фламбертам

—… Тебе идет. — с самым ровным лицом бросил Чад. Ветер пушил его волосы. — Вот это вот всё. — Тебе нравится? — Я такого не говорил. — Но имел ввиду. — Слушай, я накуренный и пьяный. — Фламбе помолчал. — Но да. Нравится.

День начался с очередным ворчанием всеми любимого Роберта, а причина на этот раз являлись насморк и температура. Наступила холодное время сезона, а диспетчер не особо следил за собой, в итоге чего заболел. И больше всех о нем беспокоился один конкретный огненный герой, который спешил помочь ему.

Роберт Робертсон Второй хоть и был героем, но погиб он не в бою. Может быть, поэтому у него нет своего памятника на кладбище, как у дедули. Или потому, что был жесток и не щадил злодеев?.. — Роббо?! Какого хуя ты на кладбище?! — сильный акцент в речи заставляет Роберта широко заулыбаться. А ведь он так хотел побыть один...

Зарисовка по артам : Фламбе греет. Роберт страдает.