Мир Джаста перевернулся на 180° именно в тот самый день. День, когда солнце сияло ярче, покупатели в кофейне добрее, а Алфёдов будто бы стал привлекательнее. Сумеет ли Джаст вовремя признаться? Или не успеет, пока Алфёдов не ...

Остров встретил первый снег Покидай свою постель

Джаст ничего и не ждал от вечеринки. Бутылка закрутилась снова. И остановилась на Алфёдове. Расстался хор свиста и воплей.Тот усмехнулся, проводя рукой по волосам. Затем бутылка снова закрутилась. Тишина. Затем смех. А горлышко бутылки замерло, показывая прямо на Джаста.

Алфёдову досталось проклятие: уметь слышать чужие мысли через касание. Когда он открыл для себя эту возможность его мир перевернулся с ног на голову. Пока в какой-то момент он не встретил точно такого же человека как и он сам.

Руки нагло сняли верхнюю одежду и Алф отвернулся. Стыд. В этот момент Алфёдов испытывал лишь стыд. Тут он даже вспомнил, что многие занимаются этим чуть ли не каждый день. Как неловко.

Одиночествоэто определённо одно из самых ужасающих чувств. Но стоит ли переживать по этому когда рядом есть один из самых близких людей?

А вы знали, что ревность—страшное чувство? И до чего она доводит? Вот и Алфедов не знал, что Джаст настолько сильно может ревновать, казалось бы к общему знакомому...

«Этого всего бы и не произошло.. Если бы не долбаная игра в правду или действие.» Иногда стоит развеяться со своим лучшим другом в школьные будни.

Начало учебного года традиционно не сулит ничего хорошего — Алфёдов оказывается в новом классе практически без знакомых, и всё, нажитое честным трудом за предыдущие девять лет учебы, резко перестаёт иметь хоть какое-то значение. Кроме того, его новый сосед по парте оказывается просто невыносимым снобом. AU, в которой Алфёдов — десятиклассник в математическом классе, а Джаст — его абсолютно несносный сосед по парте.

Ноябрь смеется над чужим счастьем, но беззлобно и безобидно, теребит ветром волосы и напоминает о сокращении светового дня. Им обоим — едва семнадцать, и все та же тревожная жилка в Джасте тихо шепчет, что это время может быть самым счастливым в его жизни. Впрочем, яркая улыбка Алфедова напротив вынуждает жить сегодняшним днем.

Самому себе Джаст напоминает великомученика, и он хочет надеяться, что таковым он останется исключительно и только для себя самого. Просить помощи для него выглядит как падение с собственного нарциссического Олимпа, чего Джасту позволить не может собственная эгоцентричная гордость. И только огоньки вдалеке приветливо так мигают зеленым.

А дело все в том, что это недоразумение настолько наивное, настолько открытое и доверчивое, такое доброе и дружелюбное, что назвать его иначе язык не поворачивается. Джаст понятия не имеет, как столько доброжелательности умещается в одном человеке. Джаст не представляет, каким образом в буквальном смысле снежный человек излучает от себя волнами такое тепло. Он задается двумя вопросами: с какого перепугу недоразумение зовет его «Джуст» и как оно вообще дожило до своих лет?

И Альфедов хотел бы, правда хотел верить, что это просто он сумасшедший. Поехавший. Головой ударился, вот здравомыслие и отшибло подчистую. Люди вокруг да, странные, но ведь всегда есть шанс, что в нем орет своим громогласным воплем обычная паранойя. Её можно и нужно просто пережить. Вопрос времени, привычки. Он бы и поверил в это, разменявшись на мнимое душевное спокойствие, если бы не одно «но».

Вот город и встретил свой первый снег. Альфёдов, тот самый мальчик альбинос по кличке "снеговик", заряжен идеей отправиться на прогулку и поиграть в снегу вместе со своим другом Джустом! У Джаста тоже чешутся руки от этой затеи... Буквально... (У него атопический дерматит)

Только сегодня открылись врата обители азартных игр. Среди проигранных партий, разговоров друзей и горького виски Джаст встретил настоящее везение. На сцену вышел его старый друг.

Сорок восемь - номер не победы и не поражения. Под воздействием сильного спиртного напитка несколько лет назад Альцест быстро начиркал дизайн этих двух чисел, помахал листочком с рисунком в своих руках и ударился головой об стол, тут же уснув. Алфёдов с гордостью ездит с этим номером по гоночным трассам, выигрывая большинство заездов. Джасту приходится выкуривать последние сигареты у себя под боком, чётко прогнозируя маршрут трассы, пока Алфёдов ездит и троллит участников заезда.

Джаста, Алфёдова и Секби похищают неизвестные люди, что же будет дальше?

Главное желание, чтобы он просто был рядом.

Первый снег ложится на утро так же тихо, как чувство, о котором ещё рано говорить вслух; зима приходит мягко, и вместе с ней — эта странная, едва уловимая близость.

— Я ведь всё таки художник, — неожиданно начинает Алфёдов, закинув голову, всматриваясь в лицо Джаста, — не только по профессии, но и по натуре. — И к чему это? — поправляет очки Джаст, всматриваясь со ступенек в даль. — Ну, я к тому что приехал сюда, чтоб найти вдохновение, все дела, — хлопает глазами альбинос, обнимая колени, покачиваясь. — И как? Нашёл? — Кто знает, — улыбается парень, подпирая ладонью голову, оборачиваясь на Джаста.