В этом году тринадцатилетний Шейн Холландер проводит свое третье лето в элитном хоккейном тренировочном лагере тренера Макарова. Впервые среди его участников — Илья Розанов, приехавший из России. Шейн не самый общительный мальчик, а английский Ильи далек от идеала, но эта неожиданная парочка вскоре становится лучшими друзьями. Это всего лишь одно лето, но оно меняет все.

Шейн и думать не хотел о приватном танце, пока не увидел его. Или Илья Розанов — стриптизер, который выглядит сногсшибательно в стрингах и на шпильках.

В конце концов, чтобы сломать Шейна, нужно совсем немного... Достаточно плохого дня, приступа ревности и того, что Илья велит ему встать на колени

Что если бы Шейн не получил удар от Клиффа в «Жарком соперничестве»? Что если бы он в тот вечер пошёл к Илье, когда тот планировал с ним расстаться?

Макс встает, снова начинает расхаживать по комнате и говорит: — Ну то есть, что мне делать? Я не могу сказать им, что только сейчас узнал. Уже слишком поздно для этого. — Да все в порядке, — слишком уж оптимистично заявляет Трой. — Ничего такого страшного. — Ага, тебе легко говорить, ведь не ты же слышал, как Илья говорил Шейну, что скучает по его грязному маленькому ротику. или: новичок «Кентавров» говорит по-русски. Жаль только, что Шейн и Илья об этом не догадываются.

Хейден резко замолкает, уловив звук, который слышит так редко, что почти уверен — ему просто показалось. Он оглядывает комнату в поисках источника, и, конечно же, взглядом натыкается на цель. Там, на диване, уютно устроившись между двумя своими товарищами по команде, сидит Шейн Холландер. И смеется. Громко. Вслух. или Шейн Холландер случайно ловит знатный приход.

Шейн Холландер был самым идеальным тренером из всех, которых только можно было представить. Дети липли к нему, как мухи на варенье, качество игры взлетело за компанию с региональными рейтингами, а мамочки зачастили в своих желаниях отвести деточек на тренировки. На что тут вообще можно жаловаться? Возможно, на то, что Илья абсолютно забывал русский язык, когда оказывался рядом с тренером своего сына?

Операция на зуб мудрости: 0/10, не рекомендую. Признаться в чувствах к своему тайному парню под кайфом анестезии прямо перед медсестрой: -10/10, пожалуйста, остановите это.

Илья и Шейн получают роли в сериале про враждующих фейри, и в конце концов позволяют сексуальному напряжению вылиться за пределы съемочной площадки и овладеть ими.

Шейн Холландер собирается убить своего агента. Не в переносном смысле. Потому что именно из-за него он выходит на лёд под горячим микрофоном в прямом эфире Hockey Night in Canada — против «Оттавы», против Ильи. Ильи, у которого цензура отсутствует напрочь. Ильи, который считает «уместное поведение на рабочем месте» забавной рекомендацией для слабаков. Ильи, который десять лет оттачивал искусство говорить Шейну самые отбитые вещи на льду, будучи уверенным, что их никто не слышит.

Эндрю боится высоты, но потерять репутацию боится еще сильнее. На помощь приходит Аарон, потому что вот такой он хороший брат.

Не существует такой версии Шейна, которая чувствовала бы себя достаточно безопасно и спокойно, чтобы попробовать легкие наркотики, — до появления Ильи. Для большинства это, возможно, не высшая степень романтики, но для Шейна это верный признак того, что он окончательно и бесповоротно пропал. Или Шейн снова ловит кайф, но на этот раз по собственной воле, в коттедже и вместе с Ильей.

Никто не знает, почему Шейн Холландер в последний момент снялся с драфта 2009 года, а спустя год весь хоккейный мир приходит в шок, когда он подписывает контракт с «Бостон Рэйдерс». Две главных звезды лиги в одном звене — просто подарок для Бостона, но играть бок о бок со своим злейшим соперником никогда не входило в планы ни Шейна, ни Ильи. Особенно когда избегать друг друга становится столь же невозможно, как и находить общий язык.

— Хочешь знать, каково это? Шейн опускает руку на спинку дивана, после чего приподнимается на локтях и вопросительно смотрит на Розанова. — Что? Держать Кубок в руках? Ты так уже шутил. — Нет, — пальцы Розанова обхватывают запястье Шейна, а затем он заводит его руку себе между ног.