События на полюсе после того, как главные герои улетели.

Даже обычные прогулки способны вызывает ревность. И никакие цветы для прощения не нужны, лишь время.

Когда-то они были очень близкими друзьями. Но на сегодняшний день они потеряли свою дружбу. Теперь у них более близкие отношения.

Ханахаки Ау!, в которой Вербовщика рвёт цветами, а Ги Хуна везде преследуют кровавые лепестки.

Простите меня все, меня подруга заставила Так не хотела это выкладывать, что аж название неправильно написала

Слова Ги Хуна, точно сказанные великим манипулятором — Франциском Бэконом, действительно задевают Гон Ю. История о том, как вербовщик отрекается от собственных глаз, какими он ранее видел мир. Разумеется, ничего бы не случилось, если бы не натура Сона, стремящаяся к спасению всякого утопающего. (Даже если утопленник сам того желал).

Нам Гю и Субон были знакомы еще до игр, как оказалось, они являлись бывшими любовниками.

Голос Таноса звучал в его голове, заполняя пустоту, которую реальность не могла заткнуть. Он говорил так, словно никогда не умирал, и каждая его фраза отдавала пугающей правдой. Пальцы Нам Гю дрожали, когда он искал в себе силы сказать 'нет', но лицо Таноса заставляло его забыть зачем он сопротивляется и поглотить горький яд илюзии, вдохнуть след белоснежного порока или запустить иглу в самое сердце, лишь бы избежать тягучей пустоты одиночества.

очередная ссора. Нам Гю загнался и в итоге попал в больницу.

– Что.. ты сказал? – Я сказал, иди к мамуле и поплачь, что не можешь меня победить. Оглох от злости?

В один вечер когда вербовщик пришел к нему домой происходит действительно удивительное поведение вербовщика

После выхода из комы Джун Хо возвращается к работе и постепенно пытается войти в привычный ритм жизни, но чувствует, что всё уже не совсем так, как раньше. В это время рядом с ним всё чаще появляется До Ён, мужчина, с которым он сначала пересекается случайно, а потом начинает замечать его почти каждый день. Постепенно эти встречи становятся привычными, и Джун Хо уже не может понять, это просто совпадения или что-то, чему он сам перестал сопротивляться.

Одна рука занята мороженым, вторая – чужой ладонью. Теплая Джун Хо и холодная Гон Ю. Баланс. Идеальный.

В мире, где всё решает контракт, он оказался тем, кто дал мне не деньги, а имя.

Патрулируя парк Сеула офицер Хван Джунхо задерживает подозрительного мужчину, что к тому же неадекватен, раз устроил странный акт уничтожения еды прямо посреди улицы. Но помимо настораживающего поведения, этот человек вдобавок ко всему имеет странный вкус, а иначе как объяснить его внезапный интерес к персоне полицейского.

Одержимость не рождается из неоткуда. Она заложена в неизбежном: в обмене взглядами, которые никогда не должны пересекаться, в вопросах, которые никогда не должны задавать. Или, если Джун Хо и вербовщик были знакомы еще до событий второго сезона: рекрутеру было приказано следить за Джун Хо и не подпускать его к острову – он выполняет свою задачу, но, возможно, не так, как изначально просил его Ин Хо.

Ты так долго шёл по моим стопам, дорогой Чжун Хо, что я сам решил наведаться к тебе… Не ожидал?

Новый год в Сеуле — это сочетание современного городского ритма и древних корейских традиций. Город озаряется яркими огнями, проходят праздничные фестивали и концерты, а в полночь звучит колокол Посингак, символизирующий начало нового года. Семьи собираются вместе, чтобы почтить предков, надеть традиционные ханбоки и загадать желания на удачу и благополучие. Джун-хо тоже не был исключением. Вопрос в том, что именно он загадал?

Мужчина вскидывает голову, неверяще смотрит в чужие глаза. А в них отражаются его самые сокровенные желания, его самые грязные грехи, самые падальские поступки. В этих омутах его собственное отражение.

Джун Хо никогда не умел танцевать. Поиск брата - тяжкая, утомляющая рутина, требующая максимальной сосредоточенности, отметающая любые сомнения и неточности. Танец же - искусство. Бесподобно яркое наслаждение собой, своим телом, жизнью и протекающем в крови счастьем, что даёт столь идеальный, нерушимый момент, когда ты можешь не думать ни о чём другом, кроме как об искрах весёлого порыва любви к миру. Такое в нём давно увяло. Ровно до появления Гон Ю.