Игрушечный солдат, безупречный в своей службе, мечтает лишь об одном — хрупком цветке, растущем среди руин. Эдельвейсе по имени Тилл. Он готов на всё, чтобы сорвать его и спрятать у себя на груди, не понимая, что цветок, сломленный и помещённый в вазу, умирает. А тот, в чью честь погибла его мечта, даже не посмотрит в его сторону.

Эмоции спрятаны — они только для сцены. Чувства под запретом — за искренность наказывают. А проблемы — всегда рядом, и с ними все еще можно жить. Нужно лишь привыкнуть

Кулинарный вечер оборачивается катастрофой... или лучшим моментом в их жизни. Когда мука летит на пол, а рецепт летит к черту, остаются только они двое на кухонном столе.

Иван пахнет персиками, а у Тилла дергается глаз каждый раз, когда он приходит на работу и чувствует этот запах.

Первый поцелуй Тилла в седьмом классе украла девочка из музыкального клуба. Второй поцелуй принадлежал Мизи. Третий поцелуй, кажется, будет принадлежать капитану университетской команды по баскетболу. И это точно будет иметь последствия.

Тиллу полагалось уйти в отставку. Последнее дело — тихое, нераскрытое, просто чтобы закрыть досье. Семь смертей. И ни единой связывающей их улики. Лишь одна общая нить — церковь Святой Марии Горетти. И священник, что ни разу её не покидал. Отец Иван спокоен. Сдержан. Красив настолько, что людям становится не по себе. Нет никаких доказательств его вины. Но Тилл не перестаёт возвращаться.

С Иваном они не то что бы встречались, и не то что бы дружили. Игнорирование во время учебы — обычная практика. Кто-то скажет — разный статус, а кто-то — стеснение, и страх того, что они поебутся во время пары. И будут правы.

Работа аниматором в канун Рождества — это ад. Тилл — злобный олень, мечтающий о сигарете. Иван — добрый Санта, которого обожают мамочки и дети. Но настоящий «праздник» начинается дома. Иван считает, что костюм Тилла неполный без одной маленькой, жужжащей детали. "У оленя должен быть хвостик, верно?" Звенящие бубенцы и секс под Jingle Bells!

Любовь публики, восхищение фотографиями и внешность, о которой мечтают многие - всё это вертелось вокруг Тилла с момента начала его карьеры модели. Держа всех на расстоянии вытянутой руки из-за инцидента в прошлом, парень дал себе обещание, что никто не сможет приблизится к нему настолько, чтобы его "изъян" был виден в полном размере. Однако личный визажист, которого приставили к нему, оказался вне этого обещания, и подошел он слишком близко, даже чересчур.

Внутри ощущалась лишь удушающая пустота, Тилл не понимал почему его друг так бесследно исчез, но он точно знал, что нуждается в нём слишком сильно…ему не хватало этого придурка рядом. Да, они дрались, ссорились, но так или иначе…это же лучше, чем быть одному. После этой пропажи Тилл также перестал существовать в жизни других людей, да и они похоже забыли о нём, не писали, не звонили, абсолютно ничего.

Тилль пошёл на это осознанно. Ну почти. Только выпил слегка для храбрости, и этого "слегка", кстати, достаточно много. Но здесь – в душном, тесном и тёмном шкафу Тилль совсем теряет всю свою заявленную ранее смелость, вдаваясь вместо этого в любимое смущение. Когда Тилль разрабатывал этот план, он слегка подзабыл, что слишком хорошо переносит спиртное.

Пубертат накрывает Тилла и Ивана с головой, и поскольку инопланетяне не оставили инструкций, им придется изучать собственную физиологию самостоятельно.

Тилл - лучший игрок в своей баскетбольной команде. Но в последнее время его что-то беспокоит. Главный красавчик колледжа по мнению девочек, Иван, решает ему помочь. С какого это лешего?

Тилл больше не старается жить. Тилл беспробудно пьёт, утопает в собственной боли, уклоняется от интервью и безумно хочет сломать всё вокруг. Тилл прожигает деньги с прошлых внушительных гонораров, чтобы снимать музыкальную студию, в которой больше никто не поёт, чтобы вспоминать там людей, которые больше не рядом. Вспоминать человека, которому не сказал нечто важное. Нечто, что теперь пожирает его изнутри.

Первый шаг в отнюдь не отчаянном плане Тилла — убедить своего школьного возлюбленного, он же бывший любовник, он же бывший солист его группы, согласиться на "дружбу с привилегиями" — заключался в том, чтобы напомнить ему, чего он лишается, соблазняя его на глазах у их восторженных фанатов. Поскольку этот шаг увенчался оглушительным успехом, второй шаг — это столкнуться с последствиями своих действий. Тилл думает, что секс с его бывшим поможет ему забыть и двигаться дальше. Как бы не так.

— Ну, девушки иногда делают подобные вещи, — задумчиво отмечает Иван, — Практикуются, понимаешь?

Тилл остановился, смотреть на такого Ивана, ужасно с точки зрения морали, тот правда причинил вред, но за заботу отвечает Иван, а не Тилл, так что вроде все круто.

В школе все знают Ивана как идеального, даже робкого ученика с ангельской внешностью и голосом. Но так ли невинен тот, кто за дверьми школы провоцирует хулиганов на драки и в тайне мечтает вывести из себя своего нового лучшего друга? // Или история про Ивана-гермафродита и Тилла, который просто мечтал выиграть в музыкальном конкурсе.

Иван смеётся. «Твоя модель. Я мог бы ей стать». Наступает тишина, пока Тилл осмысливает сказанные слова. «Ты действительно сделаешь это?» — ошеломлённо спрашивает он. — Почему бы и нет? — ухмыляется Иван, сворачивая на улицу, где находится дом Тилла. — Ты ведь этим увлечён, верно? Я мог бы помочь. И я хочу помочь. Тилл бросает на него недоверчивый взгляд. — Это... знаешь, не очень то просто поверить, что ты это сделаешь. В шибари важно доверие. Если ты испугаешься... — Я доверяю тебе.

СтуденческаяAU! где Тилл видит чувства друга и сам смотрит только на него. А Иван слишком боится ошибиться и все разрушить, чтобы заметить ответную любовь. И тогда Тилл все берет в свои руки. Буквально. Начиная от плана с признанием и заканчивая ошейником с цепью.