Шаг и еще один. Иллуги едва переводил дыхание. — Скучал, молодой господин? — Флинс выдохнул едва заметное облачко пара. Иллуги влетел в него, едва тот ступил на каменистый берег, выставив ногу для равновесия. Обхватил руками так крепко, что пальцы вцепились в ледяную мокрую ткань плаща, чувствуя под ней напряженные мышцы – и все не набираясь смелости поверить.

Иллуги хотел лишь немного контроля.

Возможно, этого бы не произошло, если бы Флинс был более отстранён. Но он солжет если скажет, что не мечтал об Иллуге с самого первого дня знакомства. Окружён, обезоружен и сломлен.

Иллуги не знает, что он чувствует Флинсу. Беспокойство? Тревогу? Или что-то большее?...

Завёрнутый в белую тряпицу, на его ладони лежал камень. Серый цвет породы перемежался яркими красными полосами, разделённый тонкими белыми прожилками. Словно круги по воде, узор шёл от центра, вихрясь огненными всполохами. - Очень смешно, - вновь фыркнул Иллуги, не спеша расставаться с чудом природы. Пальцы медленно скользили по прожилкам, скорее чувствуя перемену цвета, чем видя. - Отнюдь, необычное сочетание, - прокомментировал Флинс, глядя прямо в глаза с серо-красными радужками.

Сборник драбблов по разным сюжетам. Статус завершен, будет пополняться

Иллуга ведёт понятный только для себя отсчёт до момента, когда он не выдержит. Каждая цифра, произнесённая в уме — это шаг к краю его собственного спокойствия.

Иллуга не был влюбчивым юношей, и Флинс был безмерно благодарен архонтам за этот факт его биографии. Потому что все хотели свет Иллуги себе и это было невыносимо.

— Помнишь, я сказал, что буду обращаться с твоим фонарем как с тобой?.. — Формулировка была чуть иной, но да. Помню. — Так вот я... Я поцеловал твой фонарь, когда нашел его сегодня.

Когда Флинс по просьбе Никиты оказался на территории Пирамиды, он подметил, что Иллуги выглядел озадаченным, даже, скорее, взволнованным чем-то.

Кирилл Чудомирович Флинс — юный альв и аристократ из Снежной с крайне сложным характером и, как и полагается альву, нетерпимым отношением к людям. К его удивлению, сначала Белый царь подписывает указ о принятии людей, а затем дворецкий Флинса приносит в дом вместо новых драгоценных камней для коллекции господина человеческого юношу. Что же ждёт скверного фэйри и человека, оказавшегося на его пути? Ответы скрываются в метели и прорываются сквозь вой диких тварей, что идут по следу…

— Я не ожидал, что ты откажешься от празднования со всеми только ради того, чтобы сейчас быть здесь. — Я не мог поступить иначе, — ответил Иллуги. — Я бы не простил себя, если бы с тобой что-то случилось, а я в это время праздновал бы с остальными.

— Сказал бы прямо, зачем таить, радость моя, – Кирилл перехватил чужую руку, поднося ее к губам. — Хотел, но не успел.

Сборник драблов

Кто не мечтает ходить под дождем, укрытым чужим зонтом со своим крашем? Вот Иллуги и мечтал.

У Иллуги на теле множество шрамов, едва заметные веснушки и россыпь родинок. Шрам на шее замечают все, кто хоть немного внимателен; родинку на лице видит каждый встречный, но мало кто догадывается, сколько их на теле; о веснушках не знает практически никто. Но Флинс знает всё.

Альву стало любопытно

Иллуги вернулся домой измотанный долгой битвой с монстрами. Но возвращение не принесло ему облегчения. Он знал, что привёл в свой дом одного монстра дикой охоты. Флинс не был похож на других противников, с которыми Иллуге приходилось сражаться. В отличие от них, это порождение бездны было менее агрессивным и обладало разумом. Флинса вполне можно было принять за человека, если бы не его тяжёлая демоническая энергетика.

Когда двое влюблённых упорно молчат, иногда нужен третий, особенно если этот третий слышит их мысли. Или два раза когда Линнея пыталась подтолкнуть на признание Флинса с Иллуги, и третий, когда проговорилась.

...Облизнувшись, Флинс пропел сиплым голосом от его живота, оглаживая пальцами тазовые косточки: — Слушаюсь и повинуюсь, мой господин. Уже не могу дождаться более... близкого знакомства с твоими новыми "друзьями". Волоски у паха тронуло чужое дыхание. — А теперь, — промурлыкал альв смешливо и азартно, полня глаза знакомым огнем, — не поделишься ли со мной занимательной историей, как эта милая авантюра пришла тебе в голову, пока мой рот будет немного занят тобой здесь?..