Ему хочется кого-нибудь разорвать. Ему хочется, чтобы с ним сцепились в схватке. Ему хочется, чтобы на него претендовали. Ему хочется вонзить клыки в плоть стоящего напротив альфы, пока он будет истошно кричать, и все это произойдет только по его вине, если он окажется недостаточно силен, чтобы справиться с высшим омегой, с видом, который исчезает, и к встрече с которым никто, блять, не подготовлен. (au, где Сугуру — дикий омега, который любит показывать зубы, и ему необходим альфа)

В любви с незрячим рано или поздно наступает кризис. AU, где Годжо — слепой.

Сатору отправляется на миссию по изгнанию проклятия, но всё идёт не по плану, и его переносит во время, когда он учился на втором курсе. Он пользуется возможностью, чтобы исправить ошибки прошлого и вернуть Гето. / — Сатору, — коротко обратился Гето к другу, не отводя взгляда от чужака. — Мне кажется, он как-то подозрительно похож на тебя. Семнадцатилетний Годжо оценивающе окинул его взглядом, сравнивая, а затем присвистнул, и его губы расползлись в ухмылке. — Это что, я из будущего? А я горяч!

Сугуру реально задрался каждый день ходить истыканным длинными мальчишескими пальцами. Этот дурак делает это постоянно, по поводу и без: когда они встречаются в душевой, во время еды, во время миссии, специально поджидает его у автомата, чтобы в очередной раз приготовить указательный палец и всадить его в грудь, в бока, в спину или в живот. Ещё и бодается иногда своей тяжёлой башкой от нечего делать.

У новоиспеченного одноклассника Сатору, заявившегося спустя две недели после учебы, фиалки под глазами. Он красивый, чуть странный, уши от его голоса покрываются сахарной пленкой, от единого взора клонит в сон… и Годжо хочется его коснуться.

Сугуру просто смотрит на него. Сатору смотрит в ответ. Такой, знаете, невинный клановый мальчик, который в свои пятнадцать лет ничего не знал о сексе, пока Сугуру не предложил ему дружбу с привилегиями, которая потом переросла в нечто большее. Тот самый мальчик, который узнал о сексе и потом сходил с ума от мысли засунуть член кому-то в задницу. Тот самый, который засунул, и вот где они теперь.

У Сатору идеальная репутация: любимец соседей, образцовый омега, тот самый «сын маминой подруги». Он печёт булочки, спасает котов и всегда улыбается. Всё меняется, когда в соседнюю квартиру въезжает Сугуру – альфа с отвратительным характером, громкой личной жизнью и нулевым уважением к чужому спокойствию. Когда тонкие стены сталкивают омегу с безупречной репутацией и альфу без тормозов, начинается игра, где ненависть быстро становится прикрытием для влечения.

С другой стороны, он сможет понять, что чувствует Сатору — хотя там, наверное, не будет ничего из того, что не написано у него на лице. Сатору ведь как открытая книга с увеличенным текстом, на всех языках, и, на всякий случай, со шрифтом Брайля. Сборник анекдотов пополам с очарованием.

Руки Гето жадно скользят по податливой телу, округлым бедрам и прямо к основанию хвоста. Ласковыми движениями он поглаживает его по всей длине, нежно потирает наконечник в виде сердечка между пальцев и оттягивает назад. — Осторожнее, — сбивчиво напоминает Сатору, крепче вживаясь в Сугуру. На бледных щеках суккуба расцветает румянец — Сатору прячет взгляд под чёлкой, зарываясь носом в густые смоляные волосы.

В дом Сатору переезжает новый сосед. Он вкусно готовит, у него есть приставка и классный кондиционер для белья. Но есть одна проблема: Сугуру — гей. А геи это страшно. или: Сатору маленький злобный гомофоб, абсолютно точно не влюбленный в своего соседа.

Большинство считало Сукуну несчастным, нежеланным ребенком, но они ошибались. Был один человек, что любил его больше всего на свете: его мать.

— И я был прав, — сказал Сукуна, широко улыбаясь и показывая клыки. — Альфа и омега, двое последних из клана Рёмен. Альфа положил руку на горло Юджи, и грубые мозоли коснулись нежной кожи. Сукуна прижал большой палец к обнаженной шее Юджи, чувствуя, как сильно бьется его сердце. — И ты принадлежишь мне.

Ещё с семи лет, как только Итадори узнал о том, что каждому человеку полагается вторая половинка, он с нетерпением ждал появления фразы на теле и судьбоносной встречи. Но не было у него всё ещё ни надписи, ни встречи, когда все его одноклассники давным-давно знали свои, светили ими каждому встречному в лоб и радовались жизни. Но Юджи не отчаивался, полагаясь на законы вселенной, веря, что рано или поздно встретит своего человека.

юджи рос теперь под рукой сукуны и совершал молитвы часто в его владениях, пока он лежал и курил трубку, юджи сидел на коленях и низко приклонившись, начинает молиться. — хороший мальчик, ты всё верно делаешь, те паразиты тебе не друзья, запомни, что ты выше их по статусу, ибо ты мой.

Итадори привык к постоянным колкостям и насмешливом тоне в его голове. Он привык к иногда появляющейся клыкастой пасти на его щеке или ладони. Привык к этому острому взгляду. Юджи уже и не вспомнит те моменты, когда он старался ответить подобной колкостью в ответ во время очередного противостояния с неизвестным проклятием — это осталось в памяти как что-то обыденное и нормальное.

Я подарю тебе то, что у тебя забрали. Родительскую любовь. Я буду заботиться о тебе. Защищать, растить и любить, как собственного сына. И я ни за что не обижу или не наврежу тебе, как это делали они. Если же кто-то поднимет на тебя руку - он мгновенно об этом пожалеет.

- Верно, Мегуми. – кивнул мужчина. – Его палец дали ребенку, надеясь, что Сукуна сможет взять над его телом контроль и возродиться. Но план провалился. - Значит… - неуверенно начала Нобара. - Верно. – Годжо снова кивнул. – Итадори Юджи сильнейший маг нашего времени. Ребенок, который смог не только подавить Сукуну, но и использовать его силу на благо людей. Первогодки смотрели на него ошарашенно.

Сосуд Рёмена Сукуны рождается и сразу же преподносится Королю Проклятий,которому на ребёнка абсолютно плевать.

Маленькое чудо, но большое зло. Порождение такого же зла, но... Вокруг лишь забота? И счастье? Бред. Скажет любой, но не Сукуна, который растит это чудо вместе со своим сосудом, который уже стал частью жизни...

Сукуне не нравятся эти жалкие людишки, вьющиеся вокруг Итадори.