Даже если всё это лишь тренировка ради Мизи, даже если это лишь хитроумный план, придуманный специально, чтобы разбить ему сердце, даже если это ловушка, в которую попадётся только дурак… Иван будет тем самым дураком. // "Всё в порядке, даже если он представляет не меня — по крайней мере, он в моих объятьях. Даже если это не любовь, это очень на неё похоже".

Первый поцелуй Тилла в седьмом классе украла девочка из музыкального клуба. Второй поцелуй принадлежал Мизи. Третий поцелуй, кажется, будет принадлежать капитану университетской команды по баскетболу. И это точно будет иметь последствия.

Когда отец Ивана определяет его в международную школу-интернат в Швейцарии, чтобы открыть ему путь к Олимпиаде, Иван терзается сомнениями: стоит ли сообщать Тиллу о переводе. Решив вместо этого сосредоточиться на создании тёплых воспоминаний перед отъездом, он приглашает Тилла на Зимний Бал.

У Ивана есть план. Простой, как всё гениальное: признаться Тиллу в любви столько раз, чтобы даже до этого «сероголового бедствия» наконец-то дошло. В столовой, в раздевалке после физры, даже белой краской на стене в его собственной комнате — Иван готов на всё. Проблема только одна: Тилл. У него в голове потрясающая система фильтрации реальности.

— Они должны были позволить мне хотя бы поцеловать тебя в ответ, — бормочет Тилл в губы Ивана, вызывая тихий смех, который отзывается во всём теле. — М-м-м. Возможно, всё могло быть куда печальнее, — отвечает Иван, даря Тиллу последний нежный поцелуй, ужасно напоминающий тот, что был на сцене. Тилл подсознательно сжимает руки Ивана крепче, проводя большими пальцами по запястьям и нащупывая пульс.

Иван очень тактильный. Тилл не может унять свое бешеное сердцебиение. Как-то даже по-гейски.

Кто-нибудь, объясните Тиллу, как смириться с тем, что парень, который был влюблён в него в прошлой жизни, больше не смотрит на него. Хотя нет. Ему не нужно с этим мириться. Он просто схватит этого парня за голову собственными руками и заставит снова посмотреть на себя.

Тилль пошёл на это осознанно. Ну почти. Только выпил слегка для храбрости, и этого "слегка", кстати, достаточно много. Но здесь – в душном, тесном и тёмном шкафу Тилль совсем теряет всю свою заявленную ранее смелость, вдаваясь вместо этого в любимое смущение. Когда Тилль разрабатывал этот план, он слегка подзабыл, что слишком хорошо переносит спиртное.

Пубертат накрывает Тилла и Ивана с головой, и поскольку инопланетяне не оставили инструкций, им придется изучать собственную физиологию самостоятельно.

Тилл крадёт Ивана вечером с вечеринки в честь его дня рождения, потому что Иван заслуживает действительно запоминающихся подарков.

Иван озабоченный мудак, а Тиллу лишь приходится мириться с этим.

У Тилла чувство, что эта смена будет лучшим событием за всю неделю. Он надеется, что Иван чувствует то же самое. – Кстати, у меня свидание после работы, так что не жди меня. Блять. Забудьте. – У тебя что? - охрипше спрашивает Тилл. – Свидание, - повторяет Иван, сводя брови. – Нет. – Ладно. – Ладно— подожди, ладно?! Вот так запросто? - Тилл точно проснулся? 3 раза, когда Тилла ловят на ревности, и один раз, когда он решает что-то с этим сделать.

—Что ты сейчас сказал? // История о том, как Иван забрал пьяного Тилла из бара.

За всё время, что они вместе, Иван ни разу не возвращался домой даже просто потрёпанным — не говоря уже об избитом до крови и синяков. До этого вечера. Хэд на то, что случается, когда кто-то трогает парня Тилла.

Когда Иван проснулся после комы, он всё ещё чувствовал себя на шестнадцать. Физически ему — как и Тиллу — двадцать шесть, но потерянные годы никуда не исчезли. Иван уверен, что его жизнь бракована. Что десять лет нельзя догнать, что слабость — это навсегда, и что любовь должна быть тихой и односторонней, чтобы никому не мешать. Но повзрослевший Тилл готов остаться. Готов учить его жить дальше — и быть любимым.

Когда Тилл сказал ему исчезнуть, то не имел в виду навсегда.

— Эта песня — признание? Голос Ивана хриплый. Тилл краснеет, опускает глаза и отводит взгляд. — Да... — говорит он. — Я просто... Не могу придумать припев. — Для кого она? "Для тебя". // Один безнадёжно влюблённый идиот пытается написать песню для другого безнадёжно влюблённого идиота.

С лёгкой улыбкой он прошёл мимо Тилла в гримёрку, приветствуя персонал. Тилл стоял, с отвращением уставившись на пустое место, где только что стоял Иван. Иван целовал других? Чёрт, почему это звучит так раздражающе? Тиллу ведь и самому приходилось целовать других актёров ради ролей, так чем же это отличается? Он вздохнул и обернулся, услышав, как режиссёр зовёт готовиться к съёмкам. // Тилл сохнет по ничего не подозревающему Ивану, пока они записывают сцену с поцелуем для 6 раунда.

— Иван? Почему ты здесь? — Пришёл вернуть кое-что. — Обручальное кольцо? Не подошло по размеру? — Просто... Всё пошло не по плану. // Иван возвращает обручальное кольцо.

Кто-то однажды сказал, что для того, чтобы выработать привычку, понадобится двадцать один день. Что ж, это последняя надежда, что все еще держит меня на плаву, это то, ради чего я готов попробовать сделать еще немного. Я не знаю, к чему это приведет, но у меня больше нет времени на бесконечное ожидание. В конце концов, мое единственное настоящее желание - это быть твоим, так что позволь мне немного побыть эгоистом и напоследок насладиться всем, что ты сможешь мне дать...