Миюки нужны новые джинсы.

Бдительный вице-капитан спуску Миюки не даст.

Снова щёлкает крышка тюбика со смазкой, Савамура стонет, раздаётся звонкий шлепок, а Миюки ржёт. Что-то быстро хлюпает, у кого-то сбивается дыхание, кровать трясётся будто во время бомбёжки. - Куда ты руку-то?! - возмущается Савамура. - Да влезет, - заверяет Миюки. Савамура стонет громче. Курамочи распахивает глаза и всё-таки переворачивается лицом к этим извращенцам - чёрта с два он проспит такое веселье.

Вроде бы, Миюки и футбол вещи несовместимые, но... Пусть он и не попадал ногой по мячу, зато, как оказалось, на воротах ему не было равных - Курамочи не смог забить Миюки ни одного гола. И продул ему желание. Которое включало в себя три составляющих: Курамочи, анальную пробку и отсидку на уроках.

Миюки с сожалением, нежно-нежно гладит следы своих пальцев на его теле и просит прощения. А Курамочи не знает как сказать вслух простые три слова: «Мне это нравится».

Всё это походит на какой-то банальный прикол, вот только бутылка из-под газировки, которая снова - снова! - указывает горлышком в его сторону, самая обыкновенная, Курамочи сам гонял Савамуру до автомата и сам же эту газировку выпил. Так что никакого прикола нет, и Курамочи лишь поднимается со своего места, тянется, уже привычно наклоняя голову влево, и целует Миюки. Снова. А Миюки кладёт тяжёлую ладонь ему на затылок и приятно гладит большим пальцем за ухом, отвечая на поцелуй.

- Сладость или гадость? - Вы уже нагадили. И ничего сладкого у меня нет, - повторяет Миюки. А Савамура вдруг оказывается слишком близко и по-собачьи слизывает с его щеки немного взбитых сливок. - Сладко, - констатирует он. - Сойдёт.

После переезда третьегодок Курамочи и Савамура остаются вдвоём жить в своей комнате. Таймлайн: осенний турнир.

«А Савамуре уже совсем не холодно, у него горит лицо, и в груди, и где-то в животе тоже. Свежий воздух с запахом пороха пьянит, и больше всего на свете хочется, чтобы они втроём сейчас остались одни во всём мире»

У Курамочи все проблемы решаются одинаково.

- Ты искал подходящий момент, чтобы поцеловать другого парня? - Только тебя. Сдались мне другие...

Когда Савамура обнимает его сзади, когда они с Миюки зажимают его посередине, Курамочи уже не задаётся глупыми вопросами. Ему плевать, что Савамура - шумный идиот, а Миюки - дьявол во плоти, которого наверняка выгнали из ада за плохое поведение. С ними - такими разными, и в то же время похожими, - он нашёл своё место. Ему не хочется давать определения тому, что между ними происходит. Просто... Пусть это будет. Подольше. "Навсегда" - было бы, наверное, слишком хорошо.

Как же реагировать, когда твой кетчер шлепает тебя по попе? Полезные советы от крутого парня Савамуры Эйджуна.

- Я всё понимаю, семпай. Ты слишком крут и брутален, чтобы попросить об этом вслух, но тебе нужны обнимашки. Можешь не скрывать свои желания и делать это когда захочешь. Я не против, - заявляет Савамура и улыбается так, словно Кошиен выиграл. А потом добавляет: - Давай, не стесняйся. Обними меня.

Савамура потрясающий в постели, будто у него врождённый талант к сексу: он всегда красивый, всегда всё делает правильно - и Курамочи уже не отмахивается от мысли, что в такие моменты восхищается им. Там действительно есть чем восхищаться, и Миюки единственный, кто может понять это так же, как сам Курамочи. В том, как он целует плечо Савамуры, как гладит его обнажённое тело, и каким взглядом рассматривает их, целующихся прямо перед ним - то же самое восхищение, что искрит у Курамочи в груди.

Рё-сан – живое воплощение двусмысленности. Или это Курамочи – конченный изврат, тут уж он не мог решить.(сборник PWP)