У Ильи наконец-то все хорошо. У него есть команда, которая может идти с ним в ногу, весь мир знает, что он и Шейн любят друг друга, и у них есть самая милая и идеальная собака. Так почему же он так нервничает перед их первой игрой против «Монреаля»? Или, другими словами, заботливый Илья Розанов на мгновение забывает, что его муж по-прежнему тот хоккейный вундеркинд, в которого он влюбился с первого взгляда в Саскачеване. События после «Долгой игры».

Июль 2018 года. Шейн зовёт Илью заняться вечерней йогой на пирсе. Илья старательно повторяет позы, но его мысли заняты совсем другим. Когда солнце начинает садиться, йога превращается в соревнование, в котором проигравший должен исполнить любое желание победителя. Даже самое «грязное».

Шейн Холландер открывает глаза в больничной палате, уверенный, что на дворе 2016 год, а Илья Розанов — его главный соперник, которого нужно ненавидеть. Но мир изменился. Сейчас 2025-й. Они играют за одну команду, живут в одном доме, и Илья Розанов носит обручальное кольцо. Шейну предстоит прожить девять лет заново, научиться доверять «врагу» и выяснить, сможет ли он влюбиться в собственного мужа во второй раз.

— У тебя... — его голос становится тихим, почти ошеломлённым, — снова стоит? Шейн приподнимается ровно настолько, чтобы дотянуться и оставить дрожащий поцелуй на губах Ильи — мягкий, отчаянный, цепкий. — Никогда… — он шепчет ему в губы, — и не переставало. Или первый раз Шейна в сабспейсе (и он кончает три раза просто потому что).

Шейн испытывает сабдроп после их встречи в Вегасе. Илья исправляет ситуацию.

«Кто этот фрик, который ворует джерси Ильи Розанова, в котором тот только что отыграл матч?» Серия точечных краж превращается в загадку масштаба всей лиги. Все сходят с ума. Илье наплевать. А Шейн… Шейн запирается в пустых туалетах, утыкается лицом в украденную ткань и дрочит себе до мозолей, будто конченный извращенец. Он думает, что это секрет. Илья знает лучше.

— Ты действительно собираешься заставить меня просить? — Да, — сказал Илья. — Ты просишь, и возможно, ты получаешь. Так что, попроси. — Хорошо, — сказал Шейн. — Я хочу, чтобы ты трахнул меня. Илья начал смеяться. — Не надо, это, блядь, не шутка, ладно? — огрызнулся Шейн. — Заткнись. Я хочу, чтобы все было по-другому. Или нет — так же, но больше. Я хочу, чтобы ты просто заставил меня, блядь, принять это. Дерьмо. Я не знаю, как попросить тебя об этом. Полное описание в примечаниях:

Шейн Холландер — «золотой мальчик» хоккея, скрывающий свою ориентацию и многое другое. Илья Розанов — профессиональный доминант, которому есть что терять, и к тому же с просроченной визой. *** В рамках их договорённости в закрытом кинк-баре Монреаля, где соглашения о неразглашении хранят секреты, а сессии оплачиваются почасово, они понимают: самое опасное — не разоблачение, а желание большего, чем допускают эти часы.

Шейн Холландер – самый молодой командир в истории МКС: он всегда держит осанку, молчит о своей ориентации и настолько привык всё контролировать, что даже семь месяцев на орбите рядом с Ильёй Розановым не смогли пробить брешь в его самообладании. Илья Розанов – русский космонавт, который вообще-то должен был занять его место. Он постоянно отбивает теннисный мячик от стен станции и ждёт, когда же Шейн даст слабину. К счастью, с этим ему поможет солнечно-протонный шторм.

На что ты готов ради любви? ||| Илья Розанов — глава преступной группировки «Медведи». Шейн Холландер — обычный офисный клерк. Однажды их судьбы пересекаются дважды, и назад пути нет.

Чета Холландеров усыновила мальчика из России, и теперь у них два сына, два подающих надежды хоккеиста - Илья и Шейн - и все просто чудесно, пока братская привязанность не становится чем-то иным.

AU, в котором у Шейна начинается внезапная течка прямо во время вбрасывания на льду против Ильи. Это приводит к тому, что Илья узнаёт его секрет: Шейн — скрытый омега. Его первую в жизни течку они проводят вместе.

Единственная вещь, которую эти двое умеют лучше чем играть в хоккей — это делать максимально глупые вещи, когда находятся рядом. Всю карьеру враждовали. Всю карьеру спали друг с другом. И вот наконец они достигли пика: пьяные поженились в Вегасе. Или все же нет?

Шейн, разъедаемый неуверенностью после фото папарацци, где Илья запечатлён с бывшим, пытается затеять ссору. Илья обезоруживает его полностью: садится в кресло и спокойно говорит «На колени». Когда Шейн колеблется, Илья добавляет «Хочешь доказать, что ты лучше, чем просто воспоминание? Докажи.» Или: Шейн ревнует. Илья более чем готов выебать из него эту ревность.

Шейн намерен сказать твёрдое нет. У него огромное желание сказать Илье Розанову — высокомерному солисту Большого театра, засевшему у него в печёнках, — отвалить на хрен и прекратить передвигать декорации. Но, вопреки всему, Шейн обнаруживает себя на коленях перед ним в гримёрке — очевидно, не так директор сцены должен разрешать конфликтные ситуации. Три недели до премьеры. Одно неразрешимое соперничество. И ни малейшей надежды на благополучный исход.