Многие годы доктор Малфой приносит счастье людям. Казалось бы, он и сам заслужил немного. Но судьба приготовила ему серьезное испытание.

Парадная мантия, трость и, конечно, идеально уложенные волосы. Теперь, когда Драко – лицо фамилии, он не имеет право лажать.

Зал утопал в серебре рождественских украшений. С потолка, медленно кружась, падал снег. Все это напоминало бы Хогвартс, если бы не мелодичный звук звяканий бокалов, легкий гомон разговоров о политике и, конечно, симфоническая музыка. Девушка, поднесла к губам изящный стакан с вишневым соком и медленно крутила бедрами, воображая, другую, более развязную музыку.

Он смотрел на нее с восхищением и, Мерлин, с нежностью. С той самой, с которой никогда не посмотрит на свою невесту. С той самой, которую Нарцисса никогда не видела в своем сыне. С той самой, с которой смотрят на возлюбленных.

Драко Малфой навещает отца в Азкабане спустя восемнадцать лет. Что изменилось в жизни Драко, а главное - изменился ли он сам?

Он не может покинуть комнату. Её комнату. И виновен в этом лишь Орден. Он заперт в замкнутом пространстве с грязнокровкой, и чем-то придется пожертвовать. Возможно, рассудком. А может, и нет.

— Тебе пора занять свой дерзкий рот более полезными делами. — Я, видимо, не до конца понимаю... — Просто заткнись, Малфой. Заткнись и действуй.

Больше, чем Рождество, Драко ненавидит только снег. Снег, как правило, рушит планы, задерживает, и к тому же привносит сырость. Но это Рождество наделяет его ещё двумя наименее привлекательными пунктами из его списка — плачущие девушки и Гермиона Грейнджер.

— Гермиона, — напряженно начал он, — пожалуйста, не злись на то, что я могу показаться грубым, но если я попытаюсь объяснить тебе это как-то иначе, то боюсь, что смысл моих слов ускользнет от тебя. Лицо Гермионы выражало негодование, но Драко проигнорировал это и продолжил. — Я пытаюсь соблазнить тебя, — произнес он, глядя ей прямо в глаза. Ее негодование исчезло, а рот медленно открылся попутно с расширяющимися глазами. — Я пытался соблазнить тебя на протяжении двух лет.

Им было двадцать, и с этого началась их история.

Это Рождество должно было стать особенным... История о борьбе с предрассудками и о том, что иногда темнота может в этом существенно помочь. Саундтрек фанфика - Florence And The Machine «Addicted to love » Предупреждение:– Постхог, АУ эпилога. – Возможен ООС, хотя автор искренне верит, что годы и пережитая война могут изменить кого угодно, даже Драко. В особенности Драко. – Автор старался писать в рамках R, но всё же залез одной ногой в NC.

— Там холодно, — уточнила профессор. Да… В Дурмстранге холодно даже в конце августа…

Форма была еще одним из тысячи пунктов, хранящихся в его голове под общим заголовком «Почему я ненавижу Дурмстранг». Красная, яркая, так сильно непохожая на темные мантии, что он привык носить в Лондоне. Это было глупо и даже немного по-детски, но спустя несколько недель нахождения в новой школе Малфою до одури захотелось взять перо и нарисовать на своем кителе эмблему Слизерина, чтобы хотя бы таким образом быть немного ближе к Хогвартсу. Быть ближе к ней.

Она скучала по нему не просто сильно, а до дрожи в коленях, потому что полгода шли слишком долго. Между ними были тысячи километров, хоть Гермиона и не знала точно, где находился Дурмстранг.

Гермиона как раз выводила на своем пергаменте «t», когда какой-то незнакомый голос разорвал тишину библиотеки, сбив ее с толку так, что буква стала похожа на плюс. Поджав губы, она подняла взгляд, чтобы утихомирить тех, кто нарушил ее покой, и увидела двух студентов Дурмстранга, пристально наблюдающих за ней. И не просто студентов Дурмстранга... Драко Малфоя и Виктора Крама.

Как и ожидалось, вслед за триумфом Темного Лорда над героем магической Британии, Гарри Поттером, поверженным предстоит узнать свое новое положение в обществе. Гермиона Грейнджер поймана в плен и, как следствие, продана по самой высокой цене в качестве главного лота на небезызвестном Аукционе членов Ордена и их приверженцев. Учитывая весь ужас, привнесенный в волшебный мир правлением Волдеморта, помощь поступает из наиболее неожиданного места.

В мире, где Волдеморт никогда не существовал, Магическое общество нашло новые способы подавлять и исключать тех, кого оно считает чужаками. Гермиона Грейнджер — одна из немногих маглорождённых учениц Хогвартса. Несмотря на все усилия девушки обозначить своё место, её будущее предопределено. Но всё начинает меняться, когда на шестом курсе обучения объявляют о проведении Турнира Трёх Волшебников.

Когда судьба вынуждает двух нейрохирургов работать вдвоём, это походит на слияние двух сложнейших процедур. Каждое слово, каждый шаг навстречу, будто движения скальпеля, удаляющего опасность и открывающего путь к исцелению. В этом мире медицины, где каждая секунда имеет значение, их чувства расцветают, как редкий цветок среди холодной стали операционной.

— Знаешь, как приятно было увидеть моего сына без ухмылки на лице? Обычно он высокомерный маленький урод, который никогда не говорит мне ничего без сарказма или откровенной гадости. — Теперь ты понимаешь, каково это – учиться с тобой в одной школе, — парировала я. ❗ОБЛОЖКА ДЛЯ ФИКА❗: https://t.me/covers_HP/20. Обложку делала я.

— Высокий? Вот что, по-твоему, я должна заметить в Малфое? Его рост? Джинни изогнула бровь и многозначительно облизнула кончик пера. — Но, разве это не твоя фишка? Локхарт. Крам. МакЛагген. Рон. Единственное, что их связывает, это то, что они слишком высокие, и у меня каждый раз болит шея при виде их. Гермиона почувствовала жар в ушах, и крепче сжала книгу. — Мне не нравятся высокие мужчины. Их рост - совершенно случайное совпадение.