Разумовский улыбается, и Олег чувствует, как земля уходит из-под ног.

Студенческая AU. – Ты доучишься, я отслужу, а там посмотрим. Вдруг невесту найдешь? При детях уже будешь, – без задней мысли зачем-то сказал Олег то, о чем и подумать боялся. О том, что Разумовский найдет кого-то другого, подпустит к себе и останется от всего, что было, только пустота вперемешку с воспоминаниями о детдоме, школе, университете и вот этой ночи. – Какая жена? Какие дети? Я же с тобой. Я тебя ждать буду. У меня только ты.

девиз Сережи четыре слова: не спишь сам – буди другого.

— Ты выжил. Да или нет? — Да. — Тогда поцелуй меня так, чтобы я тебе поверил.

Спойлеры к фильму. Когда Олег возвращается из Сирии, то обнаруживает, что друг детства спит с пистолетом под подушкой и хранит в сейфе бронированный костюм. А еще окончательно сходит с ума, говорит с Олегом, когда его нет в комнате, и шугается, стоит тому зайти.

— Сильно занят? — уточняет Сережа, закусывая губу. — Нет, а что? — осторожно уточняет Олег, беспокоясь, вдруг там у Сережи что-то случилось. Но уже через секунду расслабляется, когда слышит продолжение. — Если свободен, то я хотел бы тебя временно украсть. Так что если ты не один, то выйди куда-нибудь на балкон или в коридор. А если ты в отеле, то просто прекрасно... — Сережа укладывается удобнее, ведет рукой по груди, животу, скользит между ног, закусывая губу.

Дмитрий Чеботарев меньше всего хотел вносить разлад в свою устоявшуюся жизнь. Получалось откровенно, говоря, хреново… И винил он в этом только Сергея Горошко. Во всем был виноват только Сергей Горошко.

Олег срывается к Разумовскому прямо из Сирии. Из места, мать его, прямых военных действий.

Их было двое всегда – даже в институте, один-единственный год, когда Волков там учился. У него уже пробивалась щетина, он стал крупнее, выше в плечах, за ним бегали все окрестные девчонки. Но по ночам под ним изгибался Сережа, а не кто-то из них.

fuck buddies, серёжа с олегом снимают квартиру на двоих и пишут правила не_отношений, чтобы не перейти черту.

Кто сказал, что кулинария - удел женщин? Кто сказал, что суровый русский наемник не может расслабиться и отвлечься от проблем, стоя у плиты или за разделочным столом?

— Серёжа, ты… — Сука? — Катастрофа! — и целует так, что у Разумовского ноги подкашиваются.

[Постканон, проба пера.] ...Тут даже непонятно, что выражать-то нужно: соболезнование криворукости и полному отсутствию хоть каких-то базовых умений в простейшей кулинарии, сожаление насчёт очередной испорченной сковороды и перевода продуктов или полное разочарование в Серёже-не-подходи-к-плите-Разумовском. <...> Но всё лирика, лирика, пустая лирика. Уже около полугода всё в порядке. По-прежнему мучают жестокие кошмары, по-прежнему страшно увидеть в зеркале золотой блеск глаз.

Настоящие друзья помогают друг другу всегда, не важно, что там замешано - огонь, вода, или даже медные трубы. Вот и Олег так считает.

— Отвратительно, — заключил он, заставив Сергея весело рассмеяться. Олег сухо, почти раздраженно, покачал головой, но небольшие редкие морщинки, собравшиеся вокруг его глаз, выдавали веселье. — Когда я уходил, оно было лучше. — Сергей вернул себе бокал и осушил его в несколько коротких глотков, не разрывая зрительного контакта. Олег властно улыбнулся ему.