Негласное правило их любви смешное, но до боли правдивое: секс после ссор — всегда самый страстный. Ведь в идеальных отношениях чистая любовь и грязный секс дополняют, а не исключают друг друга. И сегодня они слегка повздорили...Опять.

Дань Хэн не любит свой истинный облик – он напоминает о прошлом. Но, возможно, Келус сможет это исправить?

— Просто чтоб уточнить, — бросает Келус с настолько дерьмовой ухмылкой, что Дань Хэн мгновенно понимает: ему не понравится вопрос, — а встает у тебя на меня тоже из желания спасти или там есть другие причины?

Став невольным свидетелем чужих кошмаров, Келус понятия не имел, что станет для кого-то единственным утешением. Но вот он снова здесь, в комнате Дань Хэна, и тяжелое, прерывистое дыхание от касающихся его шеи губ, обжигающих ледяным пламенем чувствительную венку, и взволнованно бьющееся чужое сердце в груди, прижавшейся к собственной, для Келуса имели значение куда сильнее слов. А для Дань Хэна это было всем.

– Аа, мой милый друг, кто это? Твой папа? – Сампо, очевидно, говорил с Келусом, но смотрел во фронтальную камеру телефона На самом деле он собирался быть более покладистым взамен на свою выходку с поцелуем. Но парень на его диване смотрел на очкарика, подписанного "Мистер Вельт Янг" с таким уважением и восхищением, которого Сампо просто не мог выдержать. Поэтому он прижался к Келусу так, словно всегда имел на это право, и сказал что-то странное.

Экспресс готовится к прибытию на Лофу Сяньчжоу. А Келус никак не может выбросить из головы голосование, которое пошло не по плану. Прежде, чем отправиться дальше, он хочет хотя бы поговорить с Дань Хэном о прошлом.

Не было ничего правильного в том, что он приходил в комнату, полную книг и молчания, чтобы найти там успокоение. Не было ничего более исцеляющего, чем чужие прикосновения, и более уничтожающего, чем равнодушие во взгляде. Келус искренне лжёт самому себе, что его устраивает такой расклад.

Ты собрал меня по частям.

Универсальный способ извиниться - это когда места и времени для "прости" просто не остается.

У Келуса была мечта работать в крутой клининговой компании, исполнить которую у него не вышло, из-за чего в итоге он стал уборщиком в школе, в которой когда-то учился сам. У Дань Хэна тоже была мечта: встретить нежную, взаимную любовь, но он встретил Келуса.

Дань Хэн знает о Келусе все.

Келус с трудом восстанавливается после взрыва бомбочки. Он ожидал увидеть многое, но никак не Дань Хэна, упорно присматривающего за ним. Обстановка подталкивает Келуса разобраться в их отношениях, и невольно открывает маленький секрет нового обличия.

Келус внимательно оглядывает его со скучающим выражением лица, раздражая Дань Хэна еще больше. Этот парень просто какой-то псих. Внезапно он разворачивается к Март и со всей серьезностью спрашивает: — А этот чего на меня пялится? Педик, что ли? Дань Хэн хватает Март за локоть и тянет за собой. — Идем, Март. Он конченный.

Конец путешествия на Лофу сильно потрепал всех. Многое пришлось переосмыслить, в том числе, и отношения. Между Келусом и Дань Хэном повисает недопонимание. Чтобы избавиться от него, Келус решает разобраться в том, кто же такие видьядхара, но, неожиданно для себя, натыкается на отголоски прошлого, старательно спрятанные чужими руками.

Келус ловит себя на мысли, что ему хочется зайти чуть дальше в отношениях и попробовать что-то новое.

Дань Хэн сидит на его кровати и читает очередную книгу, сложив ноги на подобие позы лотоса, или как там она называется, парень уже не помнит. На нём нет его излюбленного пояса и плаща, а причёска уже не выглядит такой аккуратной, из-за чего на лицо небрежно спадает пара тёмных прядок, выбившихся из общего объёма. И весь он такой по-особенному домашний, что Келусу с трудом удаётся удерживать себя от широкой глупой улыбки на половину физиономии. Он и правда дико соскучился.

— Мне сказали, что ты бросился меня ловить тогда, — Келус начинает первым, опуская темноволосого на его же постель и садясь в наглую рядом, — настолько испугался? — Не каждый день увидишь, как компаньон, проткнутый копьём, словно кусок сырого мяса, падает в пропасть. — Ты не ответил на мой вопрос, — чужое спокойствие на лице немного раздражало, но в голосе каких-либо негативных эмоций нет от слова совсем, — ты испугался?

Келус знакомится с сетевой литературой Лофу Сяньчжоу и среди множества историй находит интересные сюжеты, которые уж очень хочется попробовать в реальности. Посмотреть на Дань Хэна с другой стороны и узнать, какие эксперименты оставят отклик в душе.

Дань Фэн привык все и всех контролировать, привык решать все вопросы, направлять людей, привык быть истиной в последней инстанции, поэтому требовать от Инсина послушания, несмотря на их развивающиеся отношения, для него было чем-то обычным, закономерным. Однако об одном небольшом нюансе он все же забыл

Хвост Дань Хэна медленно распутался из клубка и потянулся к ногам Келуса. Тот настороженно наблюдал за этим аккуратным движением, однако что-то делать не спешил. Хвост легонько коснулся закрытой одеждой лодыжки и, не увидев сопротивления, обвился вокруг нее, постепенно ползя выше. Келус мысленно взвешивал все за и против своего положения, пытаясь решить, насколько опасно ничего не предпринимать. Любопытство брало вверх. AU Средневековье. Дань Хэн - дракон, Келус - авантюрист