Чуя думает, что он совершенно безнадёжен и безответно влюблён. Но затем в его жизнь проникает космос. (AU, в котором Чуя — студент с гемофилией, а Дазай — его персональный репетитор по физике)

Дазай гладит каждого котика, куда бы он не шел, а вокруг Чуи всегда слишком много котов.

Один эспер поражает Дазая своей способностью, из-за действия которой тот становится семилетним ребенком, и его команде остается только заботиться об очень травмированном ребенке, который нуждается во всех объятиях этого мира.

Чуя сам не знает, почему увивается вокруг этого острого на язык идиота. Наверное, это разновидность отношений «мы в ответе за тех, кого приручили». Не то чтобы Чуя приручил нелюдимого одноклассника, конечно, но обострённое чувство справедливости не позволяет оставаться в стороне, когда кого-то травят прямо у него под носом. >по заявке "Дазай страдает от гомофобии и издевательств одноклассников. Чуя - новенький, который его защищает", в которой Чуя однажды спасает Дазая и...

Обитатель последней палаты никогда не появлялся в коридоре. Дазаю казалось, что там точно спрятан чей-то труп, раз туда никого не пускают. Любопытство грызло с неимоверной силой, просто мозги выедало каждую ночь, хотелось выбить дверь в ту чёртову палату с ноги и посмотреть, что там за Нарния такая. Но... Всё случилось в один момент, когда парень вернулся с терапии раньше всех остальных.

Тачихара никогда не мог понять ужасное хобби своего друга — беседовать с психопатами. Может, дело было в его сестре, что крутится в этой сфере? Или же певцу не достает чего? Не знает и выяснять не хочет, ибо кайфует Чуя от этого знатно, чем часто делится с ним. — Слышал, к вам нового привезли. — О нет, тебе лучше к нему не соваться! Грохнул кучу народа за своего кумира! — Чуя скривился. Он не любил сталкеров, учитывая работу, но...соблазн слишком велик. — Ого, ну, и кто его идол? — Ты.

— Я прошу тебя, пожалуйста, помоги мне, я задыхаюсь. Я не могу дышать. Научи меня дышать.

Абонент временно недоступен, потому что сейчас он находится прямо рядом с вами. Продолжение к фанфику "Абонент доступен".

Всё началось в середине июня. Два мальчика уснули в кукурузном поле, и их переехал комбайн. Дазай уверен, что это был вовсе не несчастный случай. А у Чуи слишком много семейных проблем.

— А кто тогда в твоём вкусе? — Куникида приподнял бровь, спрашивая скорее не из интереса, а потому, что Дазай приставал абсолютно ко всем девушкам, так что невозможно было, чтобы хоть кто-то был "не в его вкусе". — Ну, невысокие, рыжеволосые, голубоглазые, невинные, но с задоринкой, — Дазай на секунду прикрыл глаза. — Такие мальчики самые горячие. Куникида поперхнулся чаем, а Ацуши мучительно покраснел. Мальчики?

— Почему ты ни с кем не говоришь? – спросил он, скорее от скуки и отсутствия более интересного собеседника. — Что бы ни случилось с тобой в прошлом, ведь девять лет уже прошло.

Фичок, где, в итоге, у Дазая оказалось больше татуировок, чем он планировал. Или: Попытки Дазая ухаживать за очень сексуальным, очень опасным татуировщиком, с которым он только встретился.

Университет AU, где Чуя узнаёт, что мальчик, с которым он по пьяни целовался в ночь посвящения в студенты, — его новый сосед по комнате. Его высокомерный, самодовольный, очень натуральный сосед по комнате. И каждый из парней убеждён, что другой пытается разрушить их жизнь, заставляя сходить с ума.

Когда Чуя говорит, что ему нравятся сильные, Дазаю как никогда хочется рассмеяться ему в лицо, обозвать коротышкой и нарисовать в тетради одноклассника что-нибудь неприличное. Потому что чем-чем, а силой Осаму природа обделила.

Как и всю последнюю неделю, Осаму как за маячком следовал за рыжей макушкой, уверенно марширующей вниз по улице. Шёл, смотрел на серьёзный профиль Чуи, на устремлённый четко вперёд взгляд и сдвинутые брови, и посреди ледяной пустыни, оставшейся за ночь на месте души, начал разгораться новый огонёк.

В жизни любого студента кофе ‒ неотъемлемый атрибут и жизненно необходимое условие. А иногда таковыми становится не только сам кофе, а еще и те, кто его делает.

Накахара Чуя при любых обстоятельствах носит с собой кинжал: на работе, в баре и особенно перед тем, как лечь спать. Для чего нужен этот кинжал и что может послужить альтернативой?

— Дазай? — Да?.. — Дазай, я не гей. — Я тоже не гей,— усмехается, резко впиваясь в уста Чуи... — Убери руки, — он пытался собрать всю свою волю, но вышло совсем иначе. — Уберу руки, — выговаривает тот, проникая пальцем в сжавшееся колечко эспера. Медленно раздвигает стенки ануса Чуи, проталкиваясь всё глубже, чувствует узость и теплоту своего вечного напарника. Осаму не ожидал, но Чуя внутри слишком горячий. А стенки внутри мокрые и гладкие.

Сначала была авария, обезобразившая некогда красивого Дазая Осаму, следом за ней — предательство возлюбленного, нанёсшее глубокие душевные раны. А потом наступила жажда — как итог всех терзаний. И раз за разом Осаму утолял эту жажду, убивал в себе боль, притуплял человеческие чувства, смыкая пальцы на хрупкой шее жертвы. Ненадолго наступало облегчение, но вскоре он снова выходил на охоту. И не было этому конца, пока однажды Осаму не приметил очередную добычу — Накахару Чую...

«Грустно, наверное, умирать, так ни разу и не влюбившись». Свою жизнь Осаму и так считал потерянной, так почему бы не прислушаться к совету друга, не испытать удачу и не окунуться с головой в эту авантюру нелепую? Авось и правда смысл в любви найдет. Именно поэтому Дазай решил познакомиться с Акутагавой. И именно поэтому ему прилетело в глаз от Чуи — брата Рюноске.