Фэн Синь действительно говорил, что Му Цина пора спустить с небес на землю. Однако он точно не имел в виду что-то подобное.

Плохо — когда отец с Му Цином ругаются. Думают, что он спит и не слышит, но Цоцо всегда прислушивается, накрывшись одеялом так, чтобы хоть одно ухо оказывалось снаружи. И постоянно всплывает его, Цоцо, имя.

О том, почему приходить на собрания сонными рискованно (зато очень приятно).

У Фэн Синя чувства, а у Му Цина данный сотни лет назад обет. Но мешает не он. Мешают гордость и упрямство.

К задней стороне шеи Фэн Синя возвращается цвет, и он с упреком цедит сквозь зубы: — Му Цин, может хватит? Я же сказал тебе, что это не твоя проблема. — Не надо решать за меня! — голос Му Цина становится громче. – Что за секретность? Ты что, умираешь? Фэн Синь плотно сжимает губы и опускает глаза в пол.

Все началось с того, что на праздник Середины Осени дворец Сюаньчжэня не получил ни одного небесного фонарика. Да, именно — ноль.

Се Лянь решает связаться с Му Цином по духовной сети в самый неподходящий момент.

Му Цин — образцовый девственник, а Фэн Синь узнал про дрочку. >Соулмейт au, где метки это разделение приятных ощущений

Му Цин любит поцелуи.

И кто же знал, что в месте без единого лучика света будет расти цветочек, способный за один вздох поселить в сердце несчастного неудержимую пылающую страсть.

Фэн Синь постоянно замечал эту раздражительную парочку в коридорах и даже в столовой. Этот противный и настырный Сюй преследовал Му Цина попятам, словно преданная шавка, не давая негде скрыться и спрятаться. А сам сероволосый был крайне не против такой компании. И когда он видел на горизонте Фэн Синя, то начинал принимать активное участие в диалоге, что было крайней редкостью. Это еще больше бесило и заставляло вскипать мгновенно. А еще! Еще! Он ни разу, НИ РАЗУ! Не закатил перед ним глаза!

На следующий день ему казалось, что он был готов: ночью сбросил всё напряжение в душе, вернулся мыслями к горящему дедлайну и попытался вбить себе в голову, что ни подтянутые икры, ни рельефный пресс с ума его сводить не должны, он прежде всего идёт работать, а не слишком откровенно сглатывать вязкую слюну. Но всё оказалось тщетно.

Му Цин красивый. Фэн Синь знал это, принимал болезненно, как занозу на языке, лезвие под кожей. Он знал это, знал глубоко в душе, и все же до сих пор позволял этому лучшим образом задевать его. Му Цин начинает по-разному заплетать волосы. Фэн Синь не может этого выдержать (и влюбляется).

фэн синь и му цин отмечают друг в друге незначительные мелочи. но почему-то они слишком сильно врезаются в память.

Фэн Синь знает значение слова «нельзя». Фэн Синь знает наизусть правила и запреты. Фэн Синь тренируется ещё усерднее, когда слишком долго рассматривает родинку под лопаткой Му Цина.

Фэн Синь и Му Цин отправляются за Се Лянем в Черные Воды, но не поспевают за ним, и в попытке выбраться с острова оказываются в чрезвычайно пикантной ситуации.

Му Цин. Му Цин это и есть ребенок. Фэн Синю нужно присесть.

— Ты... хочешь парные украшения? Му Цин фыркнул. — Парные украшения просто… распространены в быту смертного мира. Распространены у смертных. Фэн Синь рассмеялся. — Му Цин, мы не смертные. Му Цин почувствовал, как полыхает его лицо. — Я знаю, — прошипел он. (Му Цин хочет, чтобы у него с Фэн Синем были парные украшения. И всё идёт наперекосяк)

Когда Му Цин вместо драк с Фэн Синем начинает с ним спать, то убеждает себя, что это ничего не значит. Это просто секс. Верно?..

Му Цин попадает в ловушку цветочных оборотней, Фэн Синь решает ему помочь, всё идет не так (разумеется).