Просто о том, как они привыкали друг к другу.

Небольшая зарисовка, написанная в форме диалога.

Why are you striving these days? Why are you trying to earn grace? Why are you crying? Let me lift up your face...(c) Tenth Avenue North, "By your side"

А что, если окончание главы 14-65 "Отважно сражающийся дворецкий" в манге было немного другим?

Как в аниме, Лиззи приходит к кукольнику, но уже влюбляется в него. Дорсель не похищает её, не делает из неё куклу, а отпускает. Лиззи больше не любит Сиэля. Сиэль морально раздавлен, Себастьян его утешает.

Сиэль очень любит своего дворецкого и завидует одной особе, которая, как кажется мальчику, дороже всего для демона. Даже дороже его...

Беседа Алоиса и Сиэля, раскрытие их чувств. Чуть изменённый момент из 12ой серии 2ого сезона.

Реальность — понятие относительное. Порой невозможно осознать, что реально, а что нет. Можно лишь найти и выбрать то, что является для тебя по-настоящему важным.

Ожидать чего-то другого было бы слишком глупо и наивно.

— А что ты мне предлагаешь? — раздражённо вздохнул Сиэль. — Не наряжаться же в костюм кошки и не выжидать... — граф осёкся и со страхом посмотрел на словно засверкавшего дворецкого. — О нет. Нет. Нет-нет-нет. Себастьян, даже не думай!..

Себастьян возвращался каждое столетие.

//AU! Вселенная, в которой каждому человеку с рождения дано растение, олицетворяющее душу. Человек зависит от своего растения, а растение зависит от человека.// Себастьян в течение трёх лет ухаживал за цветущей белоснежной розой, даже не зная, кому она принадлежала.

Демоны не знают, что такое «задыхаться». Не должны знать. Но, потеряв в тёмном лесу нечто действительно важное, Себастьян вдруг чувствует именно это странное, неправильное сжатие лёгких.

Сборник драбблов, объединённый своеобразным стилем повествования и, разумеется, не менее своеобразными взаимоотношениями Сиэля и Себастьяна.

Какая-то ведьма захотела приворожить Себастьяна. Моего, чёрт возьми, Себастьяна.

У Сиэля были крылья. Удивительные крылья. И я, как демон, не способный их иметь, завидовал. Ненавидел их чистоту. Они были слишком прекрасны.

Демоны не болеют. Как правило. Впрочем, из любого правила существуют исключения. И что прикажете делать, коли ваш личный демон вдруг берёт и совершенно непредвиденно заболевает?

В такие редкие ночи маски отброшены в сторону. Сиэль ненавидит себя за слабость, а Себастьян, перебирая мягкие мальчишеские волосы, лишь улыбается. Ненужные, особенные ночи.

— Я думаю, пора уже разъяснить мне, что леди Салливан и ты имели в виду под «приятным времяпрепровождением в кроватке», — медленно произнёс Сиэль, почему-то неосознанно краснея. Секунды две до дворецкого доходило. А потом плечи мелко задрожали, и он учтиво приложил пальцы ко рту, косясь на господина и изо всех сил пытаясь не засмеяться в голос.

Сиэль — милый и наивный мальчик, верящий в добро и чудеса, сын владельца крупной компании, потомственный дворянин и чистокровный аристократ. У него есть все: беззаботное детство, любящие родители и солнечное обеспеченное будущее. Но если твою семью осквернили и предали, а тебя самого унизили, сломали и лишили всего, что ты имел, жизнь начинает приобретать совершенно другие тона, а целью этой жизни становится месть.