Саймон не решается показать Кирену свой шрам.

"Саймон выглядит растерянным. Эми смеется".

Только со временем перья приобрели красный отлив ревности и стали обжигать своими колючими концами, грозясь пронзить тонкую фарфоровую кожу насквозь. Не бывает в этом мире "Долго и счастливо". Бывает больно, жестоко и сложно.

Они говорят, что мы никогда не сможем стать живыми. Тогда почему так отчаянно и сладко бьется в груди любящее сердце? Действие после 2x6. Кирен и Саймон остались в городе. Эми мертва, упоминания о той странной паре, раскапывающей ее могилу, нет. Кирен так и не привык к тому, как живые относятся к Восставшим.

Кирен - художник, снимает квартиру в многоквартирном кондо вместе с Эми, которая учится на дизайнера костюмов, а Саймон - их супернеловкий сосед с кучей кошек и плохим умением в социальные контакты.

Уокер смотрел вдаль на потресканные стены дома напротив. Дом Эми теперь их убежище, пристанище для двух влюблённых. Она была бы рада. Кирен уверен в этом. Дайер была бы искренне рада.

Кирен и Саймон полностью восстановили чувствительность, но все еще слишком часто боятся быть откровенными друг с другом.

Потому что он видел эти глаза, эти волосы и этого человека еще до смерти. До их общей смерти. Саймон смотрит на могильный камень, и видит имя, которое тогда забыл узнать. Кирен Уолкер. И Саймону становится тепло.

Написано по заявке на первом микрофесте в дайри-сообществе: "№25. Сайрен. Кирен становится постепенно человеком, переживая все то, что в свое время пережила Эми: обмороки, кровьизноса, припадки после уколов нейротриптилином. Реакция Саймона на это". Постканон второго сезона.

Кирен уже почти завершил свой путь возвращения к жизни, и теперь пришел черед Саймона. Но кроме боли отныне они могут почувствовать что-то большее.

Я никогда не верил в судьбу, но если всё, через что мне пришлось пройти, вело меня к тебе, то я ещё миллион раз выбрал бы эту дорожку.

Саймон прикасается ко всему. Проводит пальцами по забору, "случайно" прикасается к не-мертвым на собрании. А что остается делать, когда половину жизни проводишь в состоянии опьянения?

Слова, которые появляются на коже Кирена, разочаровывают своей простотой: Это твоё? У Саймона же все проходит гораздо более необычно. Соулмейт!AU

Саймон - следователь, Кирен Уокер - подросток-нарушитель, доставленный в участок.

Понимание уюта у каждого своё.

wild, white horses they will take me away

змб-повседневность

Когда-то Кирен сказал: «мне нужно время» и апостол был с ним согласен. Время, оно нужно всем.

На него обрушилось понимание того, почему Киран так странно реагировал на его поцелуи, почему он цепенел и отстранялся, когда Саймон пытался запустить ладони ему под футболку. Он не знал, что он должен чувствовать. Киран не испытывал этого, будучи живым, и не мог испытать, будучи немёртвым.

А как же, в порядке. Слезы и трясущиеся руки - это ведь именно то, что должно быть у ходячего мертвеца. Хотя, наверное, Кирену не стоит так себя называть. Надо быть уверенней, надо наконец привыкнуть к тому, что под кожей ничего не бьется, что глаза - бесцветные, что дышать не требуется (разве что из вежливости к живым, разумеется), что ни холод, ни жару почувствовать нельзя. Надо привыкнуть, говорит себе Кирен и сам же удивляется: а когда он успел отвыкнуть?