Феликс был чертовски хорош в том, чтобы заставить Чанбина гореть, не прикладывая к этому никаких особых усилий.

Короткая история о том, как Чанбин провел канун Рождества и встретил Новый год в Австралии.

Смотри, — мальчик потянулся рукой к старшему омеге, чтобы тот достал ему произведение искусства, — Эта маленькая пчелка это я. Эта пчелка с цветочком — папа, самый красивый. А это ты. Смотри, эта пчелка очень сильная, как ты

Да, это доставляло ему некоторые неудобства. Возможно, этих неудобств было даже чуть больше, чем он хотел бы, но он спокойно относился к этому, понимая, что никогда не сможет это исправить. Чувствительная шея. Кто бы вообще мог подумать, что это может как-то повлиять на обычную жизнь девятнадцатилетнего парня!? А Чанбин считал, что он сломал систему и выиграл эту жизнь. Потому что когда многие просто шутят про то, как бы хорошо было уметь читать мысли, Со просто берет и читает их.

Феликс ненавидит Чанбина. Ненавидит за его высокомерие, самоуверенность, из-за которой хочется подчиниться, за восхитительный голос, который заставляет табуны мурашек бежать вдоль позвоночника, за невероятные руки, которым хочется отдаться, за губы, что хочется целовать. Да, Феликс определенно ненавидит Чанбина...

Как ты можешь утверждать, что любишь меня, не зная, что значит любить? Любовь подобна воде, что заботливо питает растения, и солнцу, к которому они тянутся. Здесь, под землёй, я как цветок завяну без солнечного цвета. Если любишь — позволь мне цвести.

Чанбин всего лишь был запутавшимся мальчиком

Холод, пустота, боль. Холод, пустота, боль. Больше ничего. «он не виноват, не виноват, не виноват в твоих уродливых чувствах, он хочет любить, правильно, красиво. Он не виноват»

он пальчиками поглаживает холодное стекло и шепчет: — я так хочу тебя рядом…

ау, в котором у каждого человека на руке есть татуировка в виде компаса, стрелка которого указывает на твоего предназначенного. стрелка чанбина указывает строго на юго-восток уже двадцать один год.

SoulmateAU! В котором всё что поёт твой соулмэйт поёшь и ты. Или в котором Чанбин - крутой репер, а Феликс - студент хореографического факультета

Чанбин — первый во всём у Феликса. Он всегда был рядом с ним, и Феликс не мог просить об ещё более лучшем друге.

У Феликса в рюкзаке всегда яркие краски и альбом. У Чанбина в кармане зажигалка, а на плечах груз проблем.

Феликс ещё раз прокручивает имя, пробует его на вкус, едва слышно проговаривая. Оно кажется ему необыкновенным, особенным, как и россыпь маленьких серьг на ушной раковине, как пирсинг, украшающий бровь.

— "i can do this every day and night", — хихикает Феликс. — Докажешь?

— Ты вот тут, — Чанбин ведет языком по чужой шее, слизывая часть уже засохшего шоколада, — испачкался немного. >Или ау, где Чанбин совсем чуть-чуть мешает Феликсу готовить.

феликс не знал, что может быть по-другому. что чужие прикосновения могут быть ласковым, а поцелуи - нежными. что любовь бывает искренняя и трепетная, не ядовитая. чанбин показал, что по-другому все-таки может быть.

— Полегче, Чанбин, ты же не хочешь съесть его взглядом? — язвительный тон Минхо слышался откуда-то сверху, когда Со сидел на краю рампы и мечтательно наблюдал за мальчишкой на четырехколесных роликах — квады, вроде бы, но это сейчас было абсолютно не важно. — Ты хотя бы моргай иногда, а то глаза высохнут.

— Дай мне ещё десять минут, — Феликс подаётся назад, немного отстраняя Чанбина, — мясо нужно хорошенько прожарить. — Я бы здесь прожарил кое-кого другого.

Зачем Чанбин взял себе омегу там, на Широкой поляне? Странный вопрос. Ему в постель нужен был омега. Вот он себе и взял.