И Чайлд был уверен, правда был уверен, что у его парня были и свои обязанности, из-за которых он казался таким же уставшим, как Чайлд во время сессии. Но когда бы Чайлд ни отправлял шутливое «приезжай ;)» или ни звонил посреди ночи в панике после одного из своих кошмаров, в десяти случаях из десяти возможных Чжунли всегда приезжал. Или: вторая встреча Чжунли и Чайлда через много лет после того, как последний давно покинул этот мир.

У Кэйи проблемы со сном. У Аякса проблемы с дыханием.

Кэйа отправляется на очередную вылазку, игнорируя как предупреждения Дилюка о серьезности задания, так и свое собственное состояние после повреждения Глаза Бога, ныне отравляющее его тело.

Если я умру сегодня, что ты скажешь? Что ты вспомнишь обо мне? Мне это важно. Я прошу тебя, не плачь, ведь мир бумажный Я прошу тебя, не плачь

Кэйя понял, что он напортачил, когда в один из летних деньков, сидя в тени виноградника, он бросил Дилюку короткую фразу: «Ты мне нравишься»

Спустя три года странствий оказаться наконец дома и увидеть знакомые лица волнительно и приятно. Дилюк хочет сказать, что они с Кэйей очень скучали, но слова застревают в горле: Аделинда, до сих пор не произнёсшая ни единого слова, смотрит на них с каким-то ужасом.

Кэйа продолжает улыбаться, когда на мгновение прикрывает глаза. Он продолжает улыбаться, когда пальцы замирают в чужой руке, его улыбка не сходит с лица, даже когда Дилюк давится тяжелыми вздохами, когда тот плачет горько и тоскливо, и его слезы капают на синие волосы.

– Хайтам… Я уставший пришел домой после долгого пути. Купил нам вина на вечер. А наткнулся на закрытую дверь. И даже запасных ключей не было. Зачем мне дальше возвращаться в этот дом, если меня тут не ждут? Почему я должен смотреть на других и завидовать? Почему кто-то счастлив, а я – нет?

Нынешние минуты - решающие. Если сумеет дожить до утра, опасность минует, Ордо Фавониус получит своего капитана обратно.

Рагнвиндр, продолжавший держать его за руку, еле слышно проговорил, глядя прямо в голубые глаза: — Того, что ты дал, не хватит, Кэйа. А потом добил, одними губами произнося желанное: — Мне нужен ты.

— Я сделаю все, что угодно, Чжун Ли! — Рыдает Чайльд. — Поэтому, пожалуйста, если ты хоть когда-то любил меня, дай мне сил все исправить! Он перетаскивает Чжун Ли к себе на колени. От того все еще пахнет глазурными лилиями и ладаном. И это так не вяжется с едким зловонием поля боя. — ...Аякс... Чайльд отстраняется, чтобы увидеть последние проблески золота в измученных глазах Архонта. — Иди с моим благословением. Он прижимается губами ко лбу Чайльда, и мир растворяется в золоте.

— Знаешь, я безмерно люблю глазурные лилии, а какие цветы нравятся тебе? — Стеклянные колокольчики… «Ведь они так похожи на тебя…»

Пальцы нервно теребят шарф, поправляют его, и все равно - он обречённо вздыхает от невыносимой духоты. Сапоги, кажется, промокли насквозь. Он чувствует, как вода противно хлюпает, морозит ноги, и ему хочется верить, что колени дрожат именно из-за холода. Из-за холода, а не из-за того, что натворил.

Капитано не стучался, занося тело, завёрнутое в половую тряпку. Дотторе поднимался медленно, губы дрожали в куче вопросов и все неверны, не к месту. Алое зарево затопило зрачки, взгляд становился всё более размытым, но одна деталь была яснее других: отпечатки пощёчин.

После инцидента с Осиалом Чайльд становится пленником Цисин и быстро понимает, что жители Ли Юэ не благосклонны к иностранным шпионам, почти уничтожившим их город. Чжун Ли пытается добиться его освобождения, но, возможно, ему придется прибегнуть к более решительным мерам, поскольку Чайльд медленно рассыпается в его руках. Вынужденный переосмысливать прошлое, Чайльд начинает сомневаться в своих мотивах и целях. Кто же он на самом деле?

Как так получилось, что заклинатели, которые должны бороться с демонами и помогать простым людям, умудрились приютить такое существо? Как так вышло, что эта тварь кушает и спит с ними под одной крышей? И одну ли змею они пригрели на груди? Ау, в котором у Аякса лисьи ушки и куча проблем

Кли рисует цветными мелками Мондштадт: раскрашивает деревья зелёным, небо - синим, а людей окрашивает красным.

Кэйя совершил ошибку на поле боя и поплатился за неё. Земля впитывает подношение и заключает контракт, вписанный и подтверждённый кровавой подписью. У него есть только 7 дней, чтобы привести свои дела на Земле в порядок. ИЛИ: Кэйя перестарался и умер, а затем получает ещё один шанс, чтобы обдумать всё произошедшее и облегчить свой уход для окружающих людей. Глава 4 - это послесловие.

История о том, как немного сбрендивший пират и чуточку злая русалка грызутся друг с другом, воруют древние артефакты, пытаются наладить отношения и устроить геноцид, попутно ища спасения от проклятия, а также о том, как даже самый плохой исход может оказаться лучшим, если не усложнять, просто не усложнять.

Рыцарь все равно зачем-то приходит к дверям Доли Ангелов, мнется на пороге, вслушивается в шум по ту сторону: в песни бардов, пьяные выкрики, стук пивных кружек… И не заходит. Разворачивается, словно и не сюда шел, куда-то в сторону собора плетется — возможно, хочет помолиться статуе бродяжки за счастье братца. Возможно, с этой самой статуи спрыгнуть без планера.