>*Сюртук Дьявола добавил вас в список контактов* Или о том, что душевно поговорить порой хочется не только людям.

— Милорд, вынужден просить вас прервать контракт. — И тебе доброго утра, Себастьян.

Я получил столь желанную свободу всего лишь с одной-единственной оговоркой: увидеться снова в эту ночь.

Каковы шансы, что среднестатистический демон, решив закусить очередной душой, нарвется на аватара любимого сына Дьявола?

В свою сто сорок третью весну Сиэль наконец сдает ведьмовский экзамен и получает право прилететь на гору Блоксберг в Вальпургиеву ночь.

Демоны — зло, ангелы — добро, неснимаемые проклятья — неснимаемы. Только Сиэлю об этом рассказать забыли.

— My lord? — прозвучало неверящее. Универсальный переводчик в ухе С’Эля спустя долю секунды выдал перевод на стандарте, а после — краткую справку о языке. С’Эль опустил фазер и заинтересованно склонил голову набок.

- Ты ненавидишь меня, Себастьян?

Как же переводится французское словосочетание:"Embrasse-moi"?

Демоны - воплощение хаоса и тьмы, но даже в их ледяном и мрачном сердце можно пробудить светлые чувства, и даже с их глаз можно сорвать слёзы, чёрные, жгучие, но слёзы.

Мы станцевали на ваше совершеннолетие. Изящный, горький танец. И я слышал ритм для вашей столь короткой жизни. Раз. Два. Три.

Наступило долгожданное лето - время, которое так долго ждет каждый школьник. Однако для Антона Петрова это сущий ад. Почему? Да потому что мама силком отправляет его в пионерский лагерь с младшей сестрой. Новая обстановка, новые люди - на него давит все это, учитывая его неудачный опыт в знакомстве с своими ровесниками. Сможет ли он влиться в коллектив и найти друзей? А может даже и любовь? AU, где действие новеллы происходят в пионерском лагере "Совёнок".

Себастьян улыбался ему. Слабо, совсем немного — но искренне. Эта улыбка была немного усталой, грустной — будто расстаёшься со старым другом. Но у Сиэля не было друзей. Были только пешки. И Себастьян.

Сиэль ненавидит Рождество, ведь это напоминает ему о том, что случилось с его родными. Но сможет ли веточка растения и кто-то слишком наглый, изменить отношение графа к этому празднику?

Сиэль любит субботы. А еще он любит Себастьяна.

Очередное утро Сиэля Фантомхайва началось крайне необычно: вместо привычной мягкой фразы «Доброе утро, господин» и звука отодвигаемой шторы над самым его ухом раздался вкрадчивый голос дворецкого, явно на пару миль промахнувшегося с градусом учтивости. — Просыпайся, солнышко. Сиэль распахнул глаза и, недоуменно вперившись в ненормально радостный оскал демона, машинально потянулся перекреститься.

Если бы хоть кто-нибудь знал, насколько тяжело было держать в ежовых рукавицах банду, посочувствовал бы Ромке. Но для него это было пустяком, по сравнению с желанием поцеловать Антона.

На узком перекрестке мироздания да заключится взаимовыгодная сделка между Купидоном-новичком, с азартом взявшимся за своё первое дело, и демоном, более ста лет безуспешно ищущим одну утраченную душу.

С Себастьяном мы простились обыденно и серо, словно были случайными попутчиками в поезде: без ненависти, обиды и сожаления. И я совсем не ожидал меньше века спустя встретить его вновь. Да еще при таком недвусмысленном обстоятельстве, как убийство.

Сиэль, мучимый неизбытыми чувствами, а может, просто скукой, заставляет Себастьяна играть в "собачку". Могущественный демон, конечно, не особо горит желанием, но... Разве у него есть выбор?