У Шан Цинхуа катастрофа — он влюбился, а Шэнь Юань бесконечно тянет через трубочку напитки и наблюдает (и иногда даёт советы).

Не так давно у Его Величества появилась дурная привычка. Он постоянно дарил Шан Цинхуа украшения.

Сборник драбблов с разными персонажами и разными жанрами. Будет пополняться.

От автора: Чтобы выплатить долг, который ему не принадлежит, Шан Цинхуа соглашается выйти замуж за парня, который настолько холоден и непоколебим, насколько богат. От переводчика: Накал страстей, метания Шан Цинхуа, холодный страшный Мобэй Цзюнь, саркастичный брателло Огурец, гаденький Лингуан Цзюнь … - здесь есть все.

Внезапно появился еще один Ло Бинхэ, и Лю Цингэ умер, пытаясь спасти Шэнь Цинцю, только чтобы очнуться в странной комнате, полной странных вещей. Потерять свою «квартиру»? Неверная подружка выгнала его на обочину из-за богатого «мажора» после того, как украла все его деньги? Что такое «собачья кровь»? Ему все равно на все это! Что случилось с Шэнь Цинцю?!

─ Лю Цингэ! Я говорил тебе не пить воду! Его мысли в панике ─ будет ли тот же эффект, что и в оригинальной истории? Шень Цинцю получает ответ на свой вопрос, когда внезапно слышит голос Лю Цингэ. Однако Лю Цингэ ничего не говорит. Его губы не шевелятся... Шень Цинцю слышит голос Лю Цингэ в своей голове. Голос Лю Цингэ говорит. ─ Срань господня. Я вижу его соски. В этот момент раздается радостный звон [Поздравляем! Активирована бонусная миссия! Делиться ─ значит заботиться!] ─ Блять.

Цанцюн попадает под проклятие, и все обзаводятся кошачьими или собачьими хвостами и ушками. Кроме того, поскольку они находятся в порно-мире, конечно, все хотят объятий, и лекарство от этого — парное совершенствование. Проклятие на удивление приятное, и культура Цанцюн медленно меняется, чтобы приспособиться к нему. Шэнь Цинцю решает, что ему нужен кто-то, с кем можно наслаждаться этим. Часть 1 из серии Мурчание (Purring).

Шан Цинхуа, возможно, выпил слишком много чаш вина, но он все еще храбро сражается. Ему есть что сказать, ладно! - Да! Ммм, короче два факта. Первый! Шан Цинхуа смотрит своему другу прямо в глаза и говорит: - Твой брат имеет Юэ Цинъюаня. Шэнь Юань слегка прищуривается. - А второй? -И! - Автор драматично заявляет: - Если ты побежишь и прыгнешь на любого из Пиковых Лордов, они, безусловно, поймают тебя в свои объятия. - Пари.

Лю Цингэ грубый, импульсивный и нетерпеливый. Но ради Шэнь Цинцю он станет любым.

Лю Цингэ всегда был излишне воинственным. Экстра к "Шести удивительным дням Шэнь Юаня в роли своего брата".

Шэнь Цинцю не может точно сказать, что он в восторге от перемещения в роман в жанре Омегаверс, но по большей части ему удается игнорировать это (за исключением того, что он макает Братана-Самолета в его дерьмовое построение мира). То есть до тех пор, пока он не понимает, что у Лю Цингэ есть чувства к нему - и что у него есть ответные чувства. Тем не менее, они вдвоем могут решить эту проблему Омега/Омега, верно?

Все началось с того, что у Шэнь Цинцю начала чесаться нога.

Шиди Лю берёт его за талию, берёт его неистово — сжимает руки на нежных боках и притягивает навстречу своим толчкам, протаскивая по простыням. Это хорошо — так хорошо, что Шэнь Цинцю хочет что-то сказать, как-то выплеснуть это острое чувство… Но каждое слово обрывается на стон и всхлип попеременно, а лорд Цинцзин теряет верх и низ, бездумно хватаясь за запястья Цингэ, царапая его предплечья.

Никто не может обвинить Шэнь Юаня в том, что у него слабые нервы. Наоборот, они у него больше похожи на стальные тросы. Но и они изнашиваются.

Часть 2 из серии Мурчание (Purring). То, что происходит в Цанцюн после истории «Ласки», где у всех появились кошачьи или собачьи ушки и хвосты, а Шэнь Цинцю соблазнил Лю Цингэ на взаимные несексуальные (но, честно говоря, псевдосексуальные) ласки и объятия.

Шень Цинцю опять потерял свой веер. Но поиски приводят к неожиданным поворотам событий

Лю Цингэ не сразу понял, кто из них двоих охотник, а кто – жертва.

Часть 5 из серии Мурчание (Purring). Когда Лю Цингэ был подростком, его интересовали только бои. Он слышал, как другие ученики Байчжаня говорили о сексе, но это было скучно, поэтому он никогда не занимался. Теперь он взрослый, ухаживающий за партнером по совершенствованию, и у него есть лишь смутное представление о том, как все это должно выглядеть.

Взгляд Шэнь Цинцю сочится заинтересованностью, а пальцы медленно перебирают влажные волосы, слегка накручивая их. — Шиди Лю хочет, чтобы его ещё погладили? Кончики ушей Лю Цингэ лишь вспыхивают с новой силой.

Это было пыткой для них обоих, но это было так чертовски возбуждающе, что Шэнь Цинцю просто не мог остановиться. Сжимая чужие запястья в крепкой хватке, он двигался так медленно, что собственное возбуждение становилось болезненным, и не позволял Лю Цингэ взять контроль на себя, наслаждаясь чужим отчаянным желанием. Однако с губ мужчины не сорвалось ни одного протеста, только низкие возбуждённые стоны.