Что делать, если один из вас преподаватель, предпочитающий прямолинейность и ожидающий того же от других, а второй его студент, который научен говорить только намёками и двусмысленными выражениями?

- Сайно, мне очень жаль. - сказал Тигнари, чувствуя себя ужасно виноватым. Он больше не мог бороться со своими желаниями. - Я собираюсь помочиться на тебя.

Тигнари уже очень долго и хорошо знал Сайно. Знал изъяны на должности Генерала Махаматры и  поблажки на ней же. Знал какие миссии были особенно трудными и изнурительными, как часто точит своё копьё, и что он не верит в истинных. А также в точности знал чем пахнет Сайно и пропорции для изготовления его подавителей.

Скарамучча никогда не становился на колени, никогда не склонял голову даже перед Царицей, но в этот миг его взгляды разбивались, трескались подобно самому хрупкому стеклу. Люмин — свет. Её имя — свет. И ей он повинуется.

«Каждому ребёнку пустыни положена своя повязка, — Сайно качает головой. — Эта — моя. Пользоваться ей или нет — дело каждого, но пустынники хранят их и умирают с ними, — и протягивает её Тигнари. — Давай. Завяжи мне глаза».

Сайно хотел узнать, что же будет если потрогать хвост Тигнари

Коротко о том, как заставить лесного стража отвлечься от работы.

«Я сказал, — декламирует Тигнари тоном безгранично собой довольного наставника, — двенадцать часов без физического контакта. Моё желание. Что в этом может быть непонятного?» // о Сайно, который выражает чувства через прикосновения, и о Тигнари, который насильно отбирает у него возможность прикасаться

Как переработка в Рождественскую ночь может устроить личную жизнь? Очень просто! Достаточно свести одного крайне ответственного сотрудника с его супергорячим начальником. И конечно, добавить щепотку чуда.

Встреча с таинственным гостем из Мондштадта могла бы стать интересной, если бы не одно «но». Это «но» - Аль-Хайтам, который не может спокойно смотреть, как Кэйя флиртует с его возлюбленным, а тот только этому и рад.

— Что ты придумал, лисенок? — спросил генерал, облизнув пересохшие губы. — Всего лишь одну маленькую забаву, папочка, — игриво покачивая бёдрами, Фенек вплотную подошёл к партнёру, расстегивая первые пуговицы такой ненужной сейчас рубашки. Сайно сглотнул и притянул юношу ещё ближе, пальцами сжимая талию...

На совместный отпуск и у Сайно, и у Тигнари есть пара неприличных пунктов.

— Аппетит приходит во время еды. — Твой, очевидно, не так уж и сильно разыгрался, — издевательски намекает Нёвийетт.

Существует три вещи, которые Аль-Хайтам на дух не переносит: сверхурочную работу, человеческую глупость — и альфа-физиологию.

Эш никогда не давался Эйджи. Подросток отстранялся от брюнета. Дерзкий блондин, который всегда любил съязвить и пошутить пошлую шуточку, панически боялся просто дать снять с себя трусы. Так в чем же дело?

Аль-Хайтам, приказав юноше сесть, подхватывает с бордовой подушки повязку для глаз, – тонкая шёлковая лента, нежными холодными прикосновениями скользит по коже щёк, пока сероволосый не закрепляет ее аккуратным узлом на затылке.

Кавех и аль-Хайтам расстаются, но вынуждены жить вместе. Пытаясь как-то расслабиться, Кавех скачивает приложение для знакомств. Чего он не знает, так это того, что знакомится там с аль-Хайтамом. Впрочем, аль-Хайтам тоже этого не знает.

Человек перед ним помечен и присвоен. Другим драконом. Причем совсем недавно. В этом году? Помечен полноценно. Покрыт. От восторга все стягивается узлом в животе. Невиллет делает рваный вдох, теперь разглядывая Чайлда совершенно иным взглядом. Внутри разжигается интерес.

Сайно падает на колени перед самым началом подвесного моста. Он судорожно сжимает вбитые колья, окрашивая дерево собственной кровью. Генерал редко позволял противникам подобраться так близко, и совершенно не был готов к тому, что теперь ему едва будет хватать сил дойти до деревни. Гандхарва встречает тишиной. До дрожи пугающей, поедающей последнюю надежду на помощь. Но, в окне дома возможного спасения горел свет.

Оказывается, выпускаться из Академии не так уж и страшно. Главное — иметь наготове чёткий план и абсолютно честную и порядочную мотивацию сделать это раньше положенного. // или Тигнари слишком жадный, чтобы ждать, а Сайно слишком твёрдый, чтобы поддаться