Броня всю жизнь старалась не нарушать запретов своей приемной матушки, но когда однажды встретила её - это стало первым разом, который длился пару лет. Но что может случиться узнай Коколия о том, что ее дочь мало того, что общается с человеком "не ее уровня", так ещё и относит себя к ненормальным, которые любят свой пол. И как в такой ситуации поведет себе Зеле?

Дань Хэн был единственный, кого действительно хотелось защищать, целовать и обнимать. Но отныне, в защите, наверно, он больше, не нуждается.

Прикосновения тёплых пальцев — неощутимы, но они осознанно проникают под холодную и суровую кожу на ладони Стеллы. Март 7 задаётся вопросом, а всегда ли у девушки были такие ледяные руки? Если это и так, то как у неё получается сдерживать пламя внутри своего пути? Это, поистине, сложная загадка. Может Март 7 узнает её позже, а может это и останется тайной всей галактики. Главное, что ей выпала очень удивительная возможность — дотронуться до холода.

дань хэн, конечно, умный мальчик, но человеческая природа не всегда понятна даже ему.

Неполадка на борту экспресса заметно затянулась по времени. Теряющий от скуки разум, Келус уже не знает куда деть себя, в попытках стать сильнее. И помощь, как всегда, приходит оттуда, откуда ожидать её было попросту невозможно. Сомнительная золотисто-розовая коробка в его руках вселяет надежду, только вот её истинное предназначение – это не совсем то, чего ожидал герой.

Келусу очень нравится красная стрелка Дань Хэна и он просит его нарисовать ему такую же, но он почему-то слишком сильно смущён этим.

Келус касается его лица. Проводит самыми кончиками пальцев по мягкой щеке, и так хочется прильнуть к чужой руке, так хочется уткнуться в розовую ладонь. И сказать самое важное, то единственное, что постоянно вертится у Дань Хэна на языке на разных ладах, языках, ощущениях, вселенных.

— Ты моё солнце, запомни это, и не забывай, — глаза блаженно прикрываются, Дань Хэн будет лгать, если скажет, что этот парень для него ничего не значит, будет лгать, если скажет, что его слова ему чужды и неприятны, будет лгать, если скажет, что не испытывает перед Келусом нежный трепет.

Дань Хэн - видьядхара или проще говоря дракон, у которого вот-вот начнётся особый период. И есть Келус, который просто хочет потрогать милые рожки.

— Спать? Что такое сон? Ничего не знаю про этот ваш сон. — Ничего не знаешь? Ещё одно слово, и я сам затащу тебя в постель, улягусь рядом и не уйду, пока ты не заснёшь. Может так ты будешь больше спать.

- все хорошо, я хотел предложить кое что, но боюсь услышать твоего отказа. - усевшись на край постели выдавил из себя Келус, и, не дождавшись ответа, продолжил - давай вместе примем душ?

В последнее время Келус ведёт себя странно. Получает от каждого врага по голове, пропускает атаки, отвлекается в Виртуальной Вселенной. Герта устаёт от этого и поручает разобраться с проблемой Арлану и Асте. А те в свою очередь обращаются за помощью к друзьям Келуса со Звёздного Экпресса. Что же так беспокоит Первопроходца?

Дань Хэн бездумно разрешил Келусу накрасить его глаза и теперь сильно жалеет об этом.

— Сделаю тебе еще одно искусственное дыхание, — невыразительным тоном сообщает тот в ответ, изящно приподняв одну бровь. И они оба знают, что это такая дерьмовая метафора поцелую, что Келус хочет рассмеяться и поцеловать идиота одновременно. — Я знаю вариант получше, — Келус игриво усмехается. — Можешь просто поцеловать меня.

Дань Хэн всегда сдержан. Он словно контролирует каждый мускул на лице, чтобы никто не увидел его эмоций. У этого есть плюсы, потому что он всегда держит голову холодной и не действует импульсивно. Но Келусу до зуда в руках хочется увидеть больше эмоций на лице Дань Хэна.

В комнате тихо, никто из них не говорит и лишнего слова: слова здесь не нужны, они даже излишне и совершенно ни к месту. Для людей, привыкших прикрывать чужую спину, работать в команде и ощущать партнера продолжением себя, своей неотъемлемой частью, в словах нет необходимости: они способны понимать друг друга намерения с полувзгляда, полустона, полувздоха, и в этом единении есть что-то… интимное. Сближающее. И вместе с тем – сносящее крышу.

Келус никогда не рассказывал даже Март о том, что он чувствует к Дань Хэну. Дань Хэн, смотрев на Келуса, никогда не произносил про себя слова «люблю».

— Мне сказали, что ты бросился меня ловить тогда, — Келус начинает первым, опуская темноволосого на его же постель и садясь в наглую рядом, — настолько испугался? — Не каждый день увидишь, как компаньон, проткнутый копьём, словно кусок сырого мяса, падает в пропасть. — Ты не ответил на мой вопрос, — чужое спокойствие на лице немного раздражало, но в голосе каких-либо негативных эмоций нет от слова совсем, — ты испугался?

— Простите, путники, но у нас остался только один номер. — Плевать, сколько с нас?

У Март 7 созрел кое-какой план, который точно перевернет с ног на голову мир одного темноволосого затворника.