Они скалятся друг на друга, пиля взглядом. А Дань Хен буквально чувствует себя между молотом и наковальней. Потому что, что бы он не говорил, но их эмоциональная война располяет; их взаимное недоверие, вынуждающее всегда быть где-то поблизости и бесконечные касания все же льстят; их глухая к открытым фактам ревность и вовсе сносит крышу. Особенно, если все это происходит в горизонтальной поверхности.

Итэру казалось, что здесь творится что-то с чем-то. Келус был с ним полностью согласен. - Что значит он отказался брать тебя замуж?! - возмутился Кавех. - Вот так и отказался! Сказал, что я еще ученик, и пока я не окончу школу никакого брака! - Чайльд мученически опустился на стол. - Погоди, ты хочешь сказать, что Блэйд тебя преследует? - Аль-Хайтам, в средних классах он перевелся в мой класс, потом поступил в тот же универ, теперь учитель в той же школе, как думаешь?!

— Есть только один способ восполнить пробелы в твоей памяти. — Блэйд внезапно схватил меня за запястье и притянул ближе. — Что ты делаешь?! — в панике я попытался вырвать свою руку, но сделал только хуже. Он не только не отпустил, но напротив его хватка стала ещё более жесткой. — Не волнуйся, старый друг, мы позаботимся о возвращении твоих воспоминаний. — отозвался подошедший ближе генерал.

— Во-первых, это отвратительная идея, а во-вторых... — прерывают резко и так бесшумно. — А во-вторых, ты тоже хочешь.

Келус, зайдя в комнату, обнаружил, что Дань Хэнов теперь два. Один - тот, кто был с ним все это время и второй - тот, кто пробудился в нем совсем недавно. Конечно, они договаривались провести этот вечер вместе, но он теперь не уверен, с кем из них...

Но до этого момента Цзин Юань мечтает только об одном: ещё раз, хоть на мгновение увидеть насмешливые алые и хладно-бирюзовые глаза его возлюбленных. Хотя бы раз. В последний раз.

–Пол второго ночи, что ты тут делаешь? –Твой братец всё ещё не вернулся домой, а мои ключи либо успешно забрал утром с своими, либо закрыл в доме. –Ты их всегда оставляешь дома, если идёшь на работу?

Сампо не покидал Гепарда не на секунду, заваливая тоннами голосовых, стикеров и обычных печатных сообщений и даже через них ему слышался тягучий, словно патока, голос. Ох, как же сильно Гепард был влюблен, и как же сильно ему не хотелось этого признавать. Казалось, стоит только подумать о том, что он испытывает чувства к Сампо, как мир схлопнеться и несчастное, такое навиное сердце опустится в самую пучину ада, состоящую из смущения и желания взаимности, которой он никогда не получит

— Раздевайся и жди меня на кровати, — сказал Цзин Юань будничным тоном. Блэйд хотел было наехать за отсутствие приветствия, но что-то внутри заставило попридержать язык и послушаться. В прошлую их встречу Цзин Юань был деликатен, дипломатичен и вежлив, его холодность и прямота показалась непривычной, но такой контраст подействовал даже лучше плетки. AU, в котором Цзин Юань — доминатор, а Блэйд — сабмиссив, который пытается с его помощью разобраться в себе.

В последнее время, Гепард жил лишь с тревогами о работе, а после совсем выгорел. Дабы хоть как-то помочь душевному состоянию Гепарда, Сервал пригласила его на один из своих концертов. По началу, парень хотел отказаться, но все же в итоге приехал. На концерте случилось нечто. Музыка одного парня вывела его на эмоции.

Сампо любит маленькие шалости, да никто и не против.

Кто бы мог подумать, что грозный капитан бейсбольной команды спит с ночником, обнимая при этом огромную подушку в смешной наволочке с котами, которую сам же забраковал пару дней назад? Вот и Сампо не знал бы, если бы не вернулся со смены в ночном клубе чуть раньше обычного.

Герта обнаруживает новый мир в Виртуальной Вселенной, который, кажется, сильно отличается от обычного, и хочет отправить Келуса проверить там состояние эффективности, с которым она никогда раньше не сталкивалась. Келус приводит с собой Вельта, и происходят некоторые... интересные вещи.

Гепард Ландау был капитаном Среброгривых Стражей. И был омегой. С детства нечувствительный к запахам альф, он использовал это преимущество в работе и повседневной жизни, поднимаясь по карьерной лестнице и не мучаясь с течками. Мог ли он знать, что всё испортит одна крошечная ошибка...

Лофу Сяньчжоу встретило Дань Хэна тишиной, ощущением угрозы в воздухе и вспыхнувшей болью меткой. Словно шею укусила змея и впрыснула яд, разошедшийся по всему телу огненным потоком; Дань Хэн прижал ладонь к шее и прислонился к стене, зажмурился — перед глазами все поплыло, слилось в единую пеструю массу. Блэйд был в Лофу. Блэйд был совсем рядом.

Став невольным свидетелем чужих кошмаров, Келус понятия не имел, что станет для кого-то единственным утешением. Но вот он снова здесь, в комнате Дань Хэна, и тяжелое, прерывистое дыхание от касающихся его шеи губ, обжигающих ледяным пламенем чувствительную венку, и взволнованно бьющееся чужое сердце в груди, прижавшейся к собственной, для Келуса имели значение куда сильнее слов. А для Дань Хэна это было всем.

Сампо, который кайфует от груди Гепарда, и это чертово бедствие, от которого приходится прятаться. Потому что Гепарду плохо. У Гепарда болят соски

Дань Хэн сидит на его кровати и читает очередную книгу, сложив ноги на подобие позы лотоса, или как там она называется, парень уже не помнит. На нём нет его излюбленного пояса и плаща, а причёска уже не выглядит такой аккуратной, из-за чего на лицо небрежно спадает пара тёмных прядок, выбившихся из общего объёма. И весь он такой по-особенному домашний, что Келусу с трудом удаётся удерживать себя от широкой глупой улыбки на половину физиономии. Он и правда дико соскучился.

Обычный день, обычный заказ, но Сампо не думал, что простая попытка украсть реликвию приведет к определенным последствиям.

Цзин Юань и Вельт решили выпить в баре. И в их пьяную головушку приходят различные гениальные мысли.