Ризли хотелось закрыть глаза, сморгнуть этот морок. Невиллет и проявление эмоций несвойственных ему. Что происходит? Его кошмар приобрел форму и теперь вместо непроглядной тьмы главным антагонистом стал верховный судья? – Неужели это попытка стать ближе? – вырвалось у Ризли, прежде чем он осознал, что сказал. – Не знаю, неужели мы недостаточно близки? – Дракон, а это был именно он, томно выдохнул, и тепло дыхания разлилось по лицу Ризли, как будто доказывая, что ближе уже некуда.

Ризли любил чай. Он не без оснований считал, что именно чай делал его жизнь лучше, пока в эту самую жизнь не вошел, постукивая тростью по каменному полу, Верховный судья Фонтейна, и приоритеты несколько изменились. Впрочем, чай все еще оставался важной составляющей, а еще отменным двигателем сюжета

Юдекс незаметно для толпы откинулся на спинку кресла, чтобы освободить пространство между собой и столешницей, после чего заглянул под стол. - Что ты тут делаешь? – еле слышным шёпотом произнёс Невиллет. - Прячусь, - с гордой улыбкой ответил ему Ризли и поднял руку ещё выше, касаясь спрятанного под штанами члена мужчины.

— Что чувствуешь ты? — Говорит Ризли быстрее, чем осознаёт, насколько сильно он хочет знать каждую мысль касательно происходящего между ними с точки зрения Нёвиллета. — Прошу, расскажи мне обо всём. Сегодня я хочу видеть, как сильно тебе это нравится. — Я хочу видеть тебя на коленях, с моим членом во рту.

Получая очередной отказ на просьбу о встрече, герцог впадает в раздумья. Их отношения имели очень кривую форму, которую нужно было исправить... А столь трусливое поведение верховного судьи злило Ризли. Тогда-то было решено: если уж мсье Нёвиллет не жалует стены Меропид, тогда начальнику крепости придётся самому наведаться в кабинет юдекса...

– Месье Нёвиллет, – прохрипел Ризли, – не могли бы вы быть так любезны приподнять свою восхитительную задницу, чтобы я мог её трахнуть? – Согнув свои ноги в коленях, Нёвиллет прогнулся в спине и оттопырил свою задницу вверх. – Да, вот так, сердечно благодарю вас. – Прекращай паясничать, Ризли, – глухо произнёс Нёвиллет. – Ты знаешь, я не люблю это. – О, – обхватив свой член рукой, Ризли прижал головку к подрагивающей дырке. – Я думаю, ты обожаешь это.

– Мне тут теперь убираться. Может хоть причину скажешь? – Давно хотел так сделать. Архонты, да ты видел вообще свою задницу, когда ты тянешься за документом на другой край стола?

— Любовь разрушительна, месье, — прохрипел Ризли, вдавливая щеку Нёвиллета в подушку, — и требует избирательности. Дотошности, быть может.

Когда они занимаются любовью – всегда идет дождь. Даже если ночью на небе не было ни одного облачка, скрывающего луну, дождь начинался всегда. А еще всегда была напряженная спина Нёвиллета, отказывающегося смотреть в лицо Ризли, упорно пряча уставшие глаза в мягкие подушки. И если с первым Ризли мог мириться, его совсем не волновала бушующая погода за окном, то со вторым он был категорически настроен разобраться прямо сейчас.

-Несмотря на то, что я человек, все же частично я все еще остаюсь драконом, а это означает, что в моем организме происходят такие же процессы, как и у драконов, - завуалированно отвечает мужчина. -Можно по конкретнее, для тупых, - с сарказмом в голосе просит мужчина. -У меня гон, - смущено отвечает судья. -Так с этим я смогу помочь тебе даже лучше, чем с лечением простуды, - радостно сообщает Ризли и тянется к чужой рубашке.

Невеллетт и правда милый. А был бы еще лучше. если бы в заднице был член

Сторожевые собаки всегда будут охранять свои владения. Они нападут на любого, кто решить покуситься на их территории. Верховный Судья видимо позабыл об этом правиле и привлек к себе внимание главного пса тюрьмы.

Честь Нёвиллета зовётся верностью Рейху. Честь Ризли – верность Нёвиллету.

– Ты мне нужен, Нёви. – Что-то случилось, Ризли? – прохрипел Нёвиллет, чувствуя, как его сердце сжалось до размеров маленькой ракушки, а волна тревоги, пробежав по всему его телу, остановилась на лёгких и сжала их в тиски. – Скажи мне. Скажи мне, что случилось, Ризли. Пожалуйста... – Ты так сильно мне нужен... – будто не слыша его, Ризли оторвал от него свой блёклый взгляд и, не произнося больше ни слова, уронил голову ему на бедро между своих рук.

— Прирученный, одомашненный и послушный моим командам. — Придурок… — У него сдавило грудь, и, возможно, щека покрылась ссадинами, но Ризли даже не вздрогнул. — Ты и твой длинный язык, Нёвиллет. Ты думаешь, я тебя боюсь? — О, поверь мне, тебе не помешает, — кончик ботинка Нёвиллета теперь был прижат к затылку Ризли, и от этого красивое лицо покрылось синяками. — Собаки, несомненно, умеют хорошо лаять.

Нёвиллет и Ризли ведут пикантную ролевую игру. Первый отыгрывает роль хозяина, другой — питомца. Но Нёвиллет в какой-то момент захотел добавить немного перчинки и ограничил своего пёсика в "мужской свободе", не позволяя ему получать оргазм... Ризли уже третью неделю находится на воздержании и его яйца начали слегка подпухать...

У Ризли болит челюсть. Прислонившись к каменной колоне боком и прикрыв уставшие глаза, крепкие пальцы напряженно потерли переносицу, пока из приоткрытых губ слетел тихий вздох. Рука плавно перетекла вниз по лицу, начиная несильно разминать чуть затекшую и слабо ноющую челюсть. Воспоминания в его голове невзначай воспроизвели события прошлой ночи, вынуждая едва заметный румянец появиться на бледной коже.

Рабочая неделя подходит к концу, а это значит, что вновь начинается самая страстная и сладкая их игра.

Нёвилетт в любом виде будет для Ризли самым любимым и желанным существом во всей Вселенной.

— И постарайся не шуметь, — шепчет герцог в самые губы, — Если ты не хочешь, чтобы все в Эпиклезе узнали, каким может быть их Верховный судья. Наручники щёлкают за спиной Нёвиллета, скрепляя запястья. Теперь только один из них может прикасаться к другому. Судья точно примет это как вызов.