Ризли помнил только звук разбившейся вдребезги чашки, выпавшей на пол из его рук, когда он услышал «Покушение» и «Верховный судья» в одном предложении. Он смутно вспоминал, как рявкнул на бедного служащего что-то вроде «Почему я узнаю об этом только сейчас?!» и как выбежал из кабинета, вполуха слушая перепуганные объяснения помчавшегося за ним подчинённого.

– Месье Нёвиллет, – прохрипел Ризли, – не могли бы вы быть так любезны приподнять свою восхитительную задницу, чтобы я мог её трахнуть? – Согнув свои ноги в коленях, Нёвиллет прогнулся в спине и оттопырил свою задницу вверх. – Да, вот так, сердечно благодарю вас. – Прекращай паясничать, Ризли, – глухо произнёс Нёвиллет. – Ты знаешь, я не люблю это. – О, – обхватив свой член рукой, Ризли прижал головку к подрагивающей дырке. – Я думаю, ты обожаешь это.

– Как я могу наказывать тебя? Ты ведь не знал, что так получится, – глухо отозвался Ризли. Его рука ещё выше задрала ткань чёрного платья, полностью оголяя обтянутые подвязками ягодицы. Коснувшись ладонью упругой задницы, он двинулся ниже по шёлку разгорячённой кожи. Его пальцы ловко проникли под белое кружево чулков, сжимая нежное бедро, прежде чем он услышал чужой хрипловатый голос: – Как Верховный судья, я вынужден сказать, что незнание закона не освобождает от ответственности.

– А теперь слушай правила, – деловым тоном произнёс Нёвиллет, положив ладонь на грудь Ризли. – Я делаю то, что я хочу. Я трахаю себя. Ты лежишь и не двигаешься. Как представитель правоохранительных органов, ты должен обладать мощной выдержкой. Ты должен уметь держать себя в руках и не поддаваться на провокации. – Эй, Нёви, а ты неисправим. Ты говоришь о работе, даже когда мой член упирается тебе в копчик, – глупо улыбнулся Ризли.

– Мы серьёзно сделаем это здесь? – не унимался Ризли. Нёвиллет толкнул его на диван и резко опустился перед ним на колени. – Так вот в чём дело... Нёвиллет, я же сказал, ты мне ничего не должен. Я просто помог другу расслабиться после тяжёлого дня. Ты мне ничем не обязан. – Я этого хочу, – Нёвиллет произнёс со спокойной уверенностью, – Я хочу этого, Ризли, и тебе придётся поверить мне на слово. Это не услуга за услугу. Я хочу, чтобы ты трахнул мой рот. Я достаточно понятно изъяснился?

– Вы можете просто вытащить её из себя, если захотите, Ваша Честь, – вкрадчиво прошептал Ризли. – Вообще-то, вы могли вытащить её ещё раньше. Но вы этого не сделали. Нёвиллет хотел было что-то сказать, но осёкся, почувствовав внезапное облегчение – игрушка внутри него наконец перестала вибрировать. Видимо, Ризли нажал на кнопку на пульте позади себя. – Разве ты так просто сдашься, Нёвиллет? Не всё же тебе тестировать меня. У судей тоже должна быть железная выдержка.

— Ты пялишься — тихо говорит Нёвиллет, оглядываясь на него. Ризли облокотившись на стойку проводит пальцем по нижней губе, пытаясь безуспешно сдержать ухмылку. — Ничего не могу с собой поделать — говорит он. — Ты себя видел?

День рождения не был для Герцога чем то важным, ему не нужны были подарки, поздравления от других, если это не верховный судья

Отношения с кем либо у Нёвиллета были более четырхсот лет назад, но почему же Ризли ревнует к уже давно мертвому человеку?

Фокалорс раздраженно выдохнула указывая ручкой на Ризли, -Поздравляю вы отец.

“Возьми выходной”- резко говорит Фокалорс, “Или два, или целую неделю, Фонтейн не рухнет без тебя”- Добавляет она с дерзкой улыбкой, которая означает что она будет беспорядочно управлять судом, пока его не будет.

Верховный судья всегда сохранял хладнокровие, выносил приговор, основываясь на достоверных сведениях, и никогда не предавался мирским чувствам. Но безмятежный штиль в его сердце потревожил начальник крепости. С тех пор в душе дракона бушует неутихающий шторм.

Жара в Фонтейне не жалеет никого. Ризли находит способ помочь Нёвиллету справиться с ней.

Ночная работа никогда не бывает чем то приятным, но иногда, когда работаешь в компании, можно и вовсе забыть про бумажки

«Пожалуйста, нет нужды сдерживаться» снова просит Невиллет, но это не потому, что у него есть какое-то особенное желание оказаться разорванным в клочья; просто он лучше других знает, каково это — сдерживать свою натуру, и скромно полагает, что также лучше прочих знает Ризли.

Ризли невесомо уткнулся сзади в шею стараясь лишний раз не задевать открытый для его ласк участок тела юдекса. — Мне кажется ты всё же напряжён, — мурлычет и нежно целует того в шею. — Ваша светлость делает акцент на глупые вещи и упоминает их слишком часто, — на полном серьёзе отвечает Нёвиллет, но не отстраняется. Сзади пыхтят, а следом по шее прокатывается прохладный ветерок. — Иногда мне кажется, что я влюбился в айсберг, Нёви. — Я не... — Пожалуйста, молчите... Ваше судейшество.

Каждое столетие гидродракон требует жертвоприношения. И выбор жертв стоит за Главой крепости Меропид. Мусор общества взамен на благополучие общества. Но может ли Ризли так поступить с заключенными? Кто он такой, чтобы вершить судьбы людей? Времени на принятие верного решения нет. И все-таки Герцог определяется с дарами древнему существу. И этим даром будет он.

— Как ты мог допустить такое? — удивился Судья, играючи рисуя указательным пальцем кровавые узоры. — Недооценил соперника, — Ризли хмыкнул, показывая, что данная тема закрыта и более развернутого ответа Юдексу не видать. Ему не хотелось распаляться на мелочи, описывая, как он был задумчив весь день и проворонил такой простой, но хитрый маневр. И уж тем более хотел умолчать о том, что косвенная причина ранения — сам Нëвиллет.

Он не хотел доверять Ризли только потому, что ему понравились его ледяные глаза и секс с ним. И тем более перекладывать ответственность за свою жизнь. Дракон уже давно все решил и продумал, а теперь менять планы из-за мнимой привязанности человека, чей век краток… Это было бы безумием. - Я вернусь за тобой завтра, - Ризли решил все сам, не давая Невиллету даже возразить. // о жарком сексе в стенах борделя

- Господин Ризли, твой член упирается мне в ягодицы, - пробурчал Невиллет, пытаясь сильнее вжаться в софу. - Месье Невиллет, твои волосы лезут мне в рот, нос и глаза, но я же не жалуюсь, - парировал Герцог. Он хотел отодвинуться подальше от непослушных прядей Юдекса, однако, не рассчитав расстояния до края тахты, чуть не свалился с нее на пол.