— Ведь демоны как я.. не заслуживают любви, — Кроули замолкает после этих слов, будто набираясь смелости произнести следующее вслух. — Азирафаэль, ты полюбишь меня, если у меня получится стать ангелом, как раньше?

Кроули не верил в судьбу. Но она заставила его поверить. Этими муками, незримыми ударами, тянущим чувством где-то внутри. Скручиванием собственных внутренностей. И у этой судьбы было имя. Азирафель. AU!Соулмейт, в котором боль, причиненная словами, проявляется повреждениями на теле.

Кроули постоянный посетитель подпольного демонического притона. Ангелов держат в нем насильно, забирая самое ценное, что у них есть. И все бы ничего, но новый появившийся ангел едва не свел Кроули с ума. В самом положительном смысле. Его благодать оказалась самой вкусной из всех, что Кроули когда-либо пробовал.

— Мы уже даже целовались. — Мгм. Кроули пожалел, что они лежат так близко. — То, что мой язык был у тебя во рту, ещё не означает, что тебе это понравилось.

...или как Кроли придумал ухаживания во времена, когда это было не принято.

У Кроули белеют крылья.

Кроули всегда флиртовал с Азирафаэлем и почему-то был полностью уверен, что он не понимает его намёков. Кто же знал, что этот странный ангел уже спланировал их свадьбу?

― Я хочу заняться сексом. Кроули едва не уронил кружку. ― Прости, но, ― переспросил он, растерянно моргая, ― что?

— Ох, — говорит Азирафаэль, — кажется, Кроули переехал ко мне.

Кроули не подозревает, что для благополучного разрешения всех его проблем иногда достаточно просто задать правильный вопрос.

Змеи – лучшие любовники.

Немного сладких речей от Азирафаэля и ворчливый, но влюбленный Кроули. Прим.пер: Азирафаэль сверху.

Кроули не произносит пламенных признаний в любви – они и не нужны. За него говорит преданный взгляд золотистых глаз, мерцающих в полумраке. Преисподняя демону не указ, и, тем более, Небеса, или Божественный Папочка, но одно слово существа напротив, одна просьба, и он вновь совершит свое грехопадение, ни секунды не раздумывая.

В доме Азирафаэля холодно, а Кроули нужно тепло. Все змеи такие, особенно если сонные и пьяные.

— Дорогой мой, — заговорщически начинает Азирафаэль, и Кроули напряжённо сглатывает, чтобы затем потрясенно вытаращиться на ангела, который беспечно интересуется: — Ты придешь на мою свадьбу?

С тех пор, как они стали жить вместе, Кроули наотрез отказывался засыпать один.

Кроули ошеломлен, когда Азирафаэль неожиданно делает ему предложение. Да-да, то самое.

Азирафель обожает трогать татуировку на виске Кроули - в самой невинной, целомудренной и платонической ласке, разумеется. (Кому вообще придет в голову думать иначе, верно?) Пикантность ситуации в том, что змейка невероятно чувствительна - даже легчайшее прикосновение к ней приводит демона в крайнее возбуждение. Конечно, Кроули предпочитает, чтобы Азирафель об этом не знал. И, конечно, Азирафель слишком невинен, чтобы догадаться. Или всё же в достаточной степени сволочь, чтобы?..

Чак мучился серьезным похмельем. И перепутал файлы на рабочем столе, нечаянно вписав Винчестеров в мир «Благих знамений».