Гон спит. Хисока и Киллуа наблюдают.

Хисока тоже может ревновать. Только вот лучше не давать ему повода.

Хисока понимает, что Гон для него стал нечто большим, чем просто «добычей» и хочет, чтобы Гон принадлежал только ему.

«А враг ли? - резко пронеслось в голове мальчика, отчего глаза расширились, а сердце ухнуло куда-то вниз. - Считаю ли я его врагом? Да, он пытался меня убить, но ведь так и не убил, хотя случаев у него было предостаточно. Он странный, даже слишком, но почему-то каждый раз встречаясь с ним, я этому слегка, но все же рад. Тогда, может, я странный…»

Кому-то ночью не спится...

PWP как есть. На ключ "пирсинг".

"Тогда вылечи меня." Я кому-нибудь говорил такие слова? Не помню. Но тебе я позволю лечить меня, ведь мы не просто соперники.

После поражения на Небесной Арене Гон встречается с Хисокой в коридоре.

Киллуа внезапно открывает для себя другую сторону Иллуми.

Хисока будет возвращаться к нему и просить трахнуть себя. Все чаще и чаще, пока не придет день, когда он постоянно захочет быть рядом с Иллуми

Он представил одного из них внизу, на асфальте и, потеряв самообладание, сам сделал шаг вперед.

Когда Иллуми оборачивается, Хисока понимает, что получил, наконец, чего хотел.

«Станцуй со мной» - Хисока невнятно пробормотал напротив уха Иллуми. Это лучшее, что пьяный человек мог сделать.

Их жизни соединились давно, а губы - только сейчас, когда они уже прошли через многое

Когда-то он выбрал месть. Но правильный ли это был выбор?

Хисока и Иллуми живут вместе уже 6 месяцев без особых проблем. Но когда младшего брата Иллуми похищают, Хисока умудряется сделать ситуацию немного более сложной и куда более интересной.

Курапика оказывается в ловушке Пауков. Куроро Люцифер, освободившийся от оков, медленно плетёт вокруг него паутину, чтобы в один момент заставить рухнуть в пропасть и задохнуться в собственном отчаяние.

Ситуация совершенно выходит из-под контроля и не поддаётся никакому объяснению. Курапика плохо понимает, как вообще смог подобное допустить, но спрятаться от фактов не получается. И примерно раз в месяц — иногда больше — он пересекается с Куроро, единственным человеком, которого ненавидит больше себя, и Хисокой, тем, кого ненавидит чуть меньше, в дешёвых гостиницах или снятых на сутки квартирах с одинаково скрипучими полами, продавленной кроватью и обшарпанными обоями.

Киллуа наблюдает и наблюдает, и наблюдает за пульсом на горле Гона. Под этой кожей – свежий поток крови, полной жизни. Киллуа рвал такие глотки голыми руками, но это первая за всю жизнь, которую он хочет поцеловать.

Куроро отрывается по-полной.