— Расслабься, господин. Ласковый шепот опалил его ухо, когда Эвтида ненадолго прервалась, прежде чем снова вернуться губами к его напряженной шее. Чуть прикусила тонкую кожу, оттягивая ее зубами, а после сразу зализала место укуса, где уже начали проступать алые следы. — Позволь мне помочь тебе, — едва не стонет она, подаваясь тазом вперед, чтобы вновь потереться лоном о широкое бедро. — Дай напомнить, что за пределами этой комнаты тоже есть жизнь.

Как перестать думать о ней, если стоит закрыть глаза и перед глазами ее тонкий стан, нежная кожа и страстные стоны? Никак. Но это только его проблема и его ответственность...

— Ничьи больше руки тебе вреда не причинят, — с досадой прошептал Амен, нежно обводя алеющие отметины от неудавшегося удушения на смуглой коже. — Даже твои, господин? — также тихо прошептала она, перехватывая его ладони. — Эти руки готовы дарить тебе только истинное удовольствие. Если решилась моей быть.

Этой ночью сбылись худшие опасения Эвтиды. Охотник вернулся с добычей. В роли добычи - её друг и наставник. Что делать девушке: сдаться на милость победителя или бежать?

Жизнь сталкивает их в одном из высших учебных заведений страны. Он — строгий преподаватель, который ненавидит красный цвет. Она — студентка, пришедшая к нему на зачёт в красном. Их связь неразумна. Их отношения запретны. Но раз никто не узнает, то можно?

Нет! Более он не мог вынести этой муки! Амен обязан был узнать, согласна ли Эвтида стать его женщиной, страстью и наваждением? После обновы сразу нахлынуло вдохновение. Действия разворачиваются после сна Амена, где он пошёл искать Эву. Чем история закончится, не могу сказать, однако будет много стекла

Узнав от своего помощника Тизиана крайне интригующие подробности прошедшего дня Эвтиды в некрополе, Амен не мог выбросить улыбку непокорной неферут, посвященную какому-то пелийскому лекарю, из головы. Вечером того же дня он принял решение поговорить с ней с глазу на глаз и решить этот вопрос незамедлительно.

Эвтида должна запомнить, что всегда нужно закрывать за собой дверь. Особенно, когда танцуешь. Ведь кто-то может любить и танцы, и красивых девушек.

Оказавшись на западном береге Нила герои оказываются в ловушке. Река выходит за дозволенные границы, как и отношения Амена и Эвтиды ,которым придется разделить ложе на одну ночь.

Амен с глухим звуком поставил на стол кувшин с финиковым элем и устало посмотрел на сосредоточенную Эвтиду. А ей два раза предлагать не надо. Даже если она не ожидала и они одни в пустой библиотеке.

Меня раздражает, что не я-причина её смеха. Меня раздражает, что я не тот к кому она бежит в объятия. Меня раздражает, что никто о нас не знает.

Запретный плод сладок.

У Эвы всегда был слишком длинный язык, за который она рано или поздно должна была поплатиться.

– Неужели у верховного эпистата нет собственной купальни, и он вынужден мыться со всеми? – Купальни для вас расположены дальше по коридору и уровнем ниже. Это же моя.

Опять ты, Эва. Опять ночью...

Краткая история о том, к чему могут привести плохие способности к чистописанию и очень ненадёжные столы.

Сегодня ставишь условия ты, но завтра это сделаю уже я.

Они знали друг друга, как облупленные, заглядывали в истерзанные души и теплились надеждами на прекрасное будущее. Они ведь просто нашли друг друга в такой подходящий момент жизни, а что еще нужно для счастья? Уж тем более в таком жестоком мире.

Следы его касаний на коже, словно раны от клинка. Ее тело полностью покрыто ими. Она — яд, что струится по его венам. Но он уже не в силах ее отпустить.

— Эвтида. Эва не реагирует, все еще любуется. Ждет, что будет дальше. Амен гипнотизирует ее, как змея добычу. Повторяет тише: — Дарующая жизнь. Шезму смотрит на него во все глаза, в голосе его столько нежности. Он наклоняется близко к ней и шепчет прямо в губы: — Не зря так отец нарек.