Всякий раз на пиршествах (что было сложно устроить в смутное время) появлялся загадочный беловолосый парень в юбке. Но младший Достоевский лишь загадочно ухмылялся, перебрав медовухи, и покорно шёл за молодцем в свои покои. И бес знает, что там вытворяли молодые…

Два дня. Они не разговаривают уже как два дня. С момента ссоры никто не проронил и слова. Расселись по разным углам квартиры и стараются как можно меньше контактировать.

Достоевский никогда не думал, что вампиры уже давно не подчиняются когда - то созданным ими же законам. А Николай никогда не думал о том, что они существуют...

Секс с призраком… Безумие? Нет, безумие это то, что заставляет страдать. А то, на что решается Гоголь, называется умением пользоваться моментом и ловить возможности.

Коля просто очень любит уточек. И деревню. И вкусную вишню. А Федя очень любит Колю.

Весело конечно день рождения начался… Отец снова побил за волосы, мать поорала за несобранный рюкзак, хулиганы после школы заперли в шкафчике.

Голоса... Шёпот...Голоса... Голоса... Голоса... Шёпот... Шёпот... Скрежет, словно по ржавому железу трут металлической губкой. - Помогите мне!!!

Ах, какой прекрасный праздник — Купалье!

Прыгнуть через этот огромный костёр, да ещё и не размыкая рук, казалось непосильной задачей. Но как же хорошо, что рядом есть Коленька.

Гоголь оперся о стол, не давая Фёдору путей побега. Фёдор не отреагировал на это, собираясь повернуться обратно к столу, но Николай не дал этому случиться, схватив его за подбородок, чтобы он смотрел только на него и больше никуда. — Что вы делаете? — Хочу вас трахнуть. — Что, простите?

Холодные, девичьи, ещё совсем юные ладошки сжимали ее ледяные. Агата не первый век живет, но впервые жалеет, что не может согреть в материнских объятиях это несчастное существо.

Федору пора перестать вот так думать об этом горячем парне на сцене, пока тот развлекает его младшего брата, толпу других дедсадовцев и их родителей.

В одной из книжек — но не той, что была с пьесами или со сказками или с голыми тëтеньками, а другой, — Николай однажды прочитал, что, если потереть янтарь о шерсть, тот начнёт притягивать к себе бумажки. Тогда — да и сейчас, — у него не было с собой янтаря, чтобы это проверить, но он мог бы поклясться самой страшной клятвой на согнутых мизинчиках, что Федор сиял, ровно драгоценный камушек, тянул к себе его скомканное в груди сердце // Щелкунчик ау, только хуже

Заключая сделку с таинственным духом во время шаманского обряда, в первую очередь позаботьтесь о собственной безопасности. Во вторую – о смазке. Как жаль, что Иллуги не выполнил ни одного пункта. AU! шаман!Иллуги х неведомая хтонь!Флинс

Иллуги всегда думал, что его жизнь пройдёт среди пыльных полок отцовской лавки. Но когда богатый альв подаёт прошение о человеческом супруге, его, обычного юношу вырывают из привычного уклада жизни, и отправляют на смотрины, словно скот на ярмарку. Теперь Иллуги — его жена, и он вынужден мириться с некоторыми странностями своего новоиспечённого супруга, ибо, он, похоже, не так прост, как кажется на первый взгляд.

Когда цветы под кожей начинают смыкаться удушающим кольцом, у тебя остаётся два пути: признаться или погибнуть. Иллуги выбрал второе, решив не обременять того, кто веками хранил лишь холодный свет фонаря. Но что, если легендарный Ратник окажется вовсе не так слеп? История о том, как лазурное пламя выжигает ледяные лепестки, а тишина маяка становится домом для двоих. О том, что пока тебя любят — ты жив.