За плечами Укуна бесчисленные века жизни и опыта. Он смеётся в лицо страху и опасности. У него пересыхает в горле, кода Макак смотрит на него возбужденным и томным взглядом.

Самон смотрит на брата, а Энки нервно пьет чай. — Я тебе его на голову вылью.

Жизнь среди благоухающих фруктов и прытких обезьянок кажется дивным сном, а в компании Макака - его хмурой Луны - настоящим раем. Но устремить свой жадный взгляд в Небо было роковой ошибкой. Будучи Королём, Укун всегда был падок на большее. Кто же знал, что вместо короны голову его будет сжимать обруч.

Укун проводит всё больше времени с людьми и Макака это тревожит. Однажды он решает пойти за ним к людям, в надежде найти и вернуть к стае. Но неожиданные события рассоривают бывших друзей и Михоу, с особым пристрастием, истязает его, мучает и пытается. Укуну не остаётся ничего, кроме как смириться.

Макак не действует безрассудно, не выдает себя сразу, действует аккуратно и осторожно, чтобя наконец отомстить. Он мучает Укуна, наблюдает за ним в ночи, мешает спать и когда застает его в момент максимальной слабости – нападает, но ему мешают смешанные по отношению к жертве чувства

Кто бы мог подумать, что у такого обычного, казалось, на вид парня, по имени Укун, могут быть скрытые фантазии и непреодолимое желание быть подчинённым.

Во время спасения своих обезьян от браконьеров Укун находит раба. С мёртвым взглядом и шестью ушами.

Как только он очнулся, его не покидало чувство, что он что-то забыл, что-то очень важное. Увы, сколько бы он не напрягал свои извилины, пытаясь вспомнить, оно постоянно ускользало, толком давая ухватить, лишь предстающий перед глазами, мимолётный образ своего старого дома.Потому он сейчас и здесь, он намерен найти что же нужно его дурной голове для спокойствия и наконец свалить куда подальше от этого города, от горы, а главное от него.Только то, что он там увидит в его планы точно не входило.

Потому что ты никогда не будешь моим.

Укун снова сидит в своей комнате с разбитой губой, в двух местах сочится кровь, а из глаз рекой льют слезы, и он понимает, как сильно устал и что больше так не может. И лишь помощь Мака и его тихое пение какой-то старой колыбельной дают ему сил.

Кровавая луна не ошибается, когда выбирает души, которые должны быть вместе. Даже если их хозяева не согласны, случай поставит все на свои места, пока звучит вальс.

За всю свою достаточно долгую жизнь Макак никогда не думал, что закончит за прилавком лапшичной. "Pigsy's Noodles" work AU

– Я могу делать это, сколько захочу. Я могу ломать её снова и снова, а затем давать ей всего достаточно сил, исправить её всего лишь достаточно, чтобы сделать это всё снова. Она хотела вечность? Она её получит. Вечность, только для нас двоих.

Бой Голден Чиз и Бернинг Спайса, принявший странный поворот событий.

Если бы древние изначально показали другой путь и наполнил души падших героев светом, то, возможно, звери могли бы иметь шанс искупление. AU: звери с самого начала могли следить и общаться с новыми владельцем соулджемов, и к чему бы это привело.

Лишь яркий свет успел промелькнуть перед глазами, которые закрылись почти сразу.

Ванилла просто во время пришел на помощь.

Спайс не проснётся, он спит. Крепко, спокойно, храпит и не подозревает о своей скорой кончине. Настал этот день, когда у королевы набралось смелости сделать это.

— Чем быстрее ты закончишь с... чем бы это ни было, тем скорее сможешь вернуться к работе. Так что... просто скажи мне, что тебе нужно. ​Снова повисла тишина, и Роберт уже было подумал о том, чтобы забрать свои слова обратно и попросить Фламбе забыть о том, что он вообще что-то говорил. В его ушах раздался грубый выдох. ​— Поговори со мной.

С пластмассовыми стульями всё просто: как замена нормальной кровати они, конечно, так себе. Но Роберт сейчас не в том положении, чтобы выбирать, а даже если бы был - внутренний спор о том, заслуживает ли он матрас на этом этапе жизни, всё ещё продолжается. Так что стул остаётся. Надолго. И в этом есть своё странное очарование - тихое, минималистичное и совершенно точно не связанное с его самооценкой. Или: История, где у Роберта хроническая боль, а у Фламбе тёплые руки.