Игорь перехватывает удар Разумовского в офисе "Vmeste". Всё развивается иначе, однако головной боли меньше не становится.

Гром будто сам с ума съехал. Ему бы в этих стенах, рядом с Разумовским сидеть. Но идея уже въелась — не вытравишь. Игорь всегда так: что-то задумал — сам себя не переубедит. — Когда его можно будет забрать?

“игорь — не олег”, — вторит себе серёжа, гуляя с громом вдоль берега реки, утопая ногами в песке.

Вообще, это несправедливо, думает Птица, рассматривая не в меру догадливого мента, сейчас, по счастью, валяющегося в отключке. Почему во всякую херню обычно вляпывается Тряпка, а расхлёбывать приходится ему, Птице? Причём, заметьте, без капли благодарности с Тряпкиной стороны. AU, в котором Птица совершает стратегический просчёт, Серёжа оказывается не таким уж Тряпкой, а Игорь очень вовремя приходит в сознание.

Игорь отметил в который раз, что на глаза Сергея в такие моменты набегала еле заметная пелена. Лицо заострялось и голос становился грубее, а движения — порывистыми. Он повёл плечами при вновь настигшей его мысли, что удар секундами ранее мог размозжить ему голову в один момент.

Они слишком близко стоят, вцепившись в друг друга и продолжая молча бороться. Игорь вздрагивает, решив, что сейчас маньяк пырнет его ножом, но Чумной доктор бьет иначе. Резко дергает головой и впивается в губы полицейского злым и жестоким поцелуем.

- серый, - гром очень хочет провалиться сквозь землю, но вместо этого вздыхает, прикрывая лицо рукой, и говорит негромко: - мне жаль. "прости" он не произносит, но разумовский впивается в него взглядом, от которого игорь больше не пытается спрятаться, встречая своим.

Сергей Разумовский не любитель толпы, но ценитель искусства. Пробираться в Эрмитаж после закрытия, стабильно подкупая директора и охранников — приятная привычка после тяжелого рабочего дня. И очередное подтверждение напрочь сгнившей системы. Ровно до того момента, пока Серёже, как школьнику-хулигану, не приходится бегать по всему музею от нового охранника — Игоря Грома.

"думай. думай. думай." майор полиции игорь гром неспешно заходит на территорию психиатрической больницы. он идёт медленно, стараясь отсрочить неизбежное, дать себе хоть немного времени и понять, на кой чёрт ему всё это.

— Я с ним, — Игорь пренебрежительно машет одной рукой в сторону Разумовского, упрямо сжимая-разжимая кулак другой. — Спать не буду. — Да чего ты, Игорёк, — Разумовский, лениво подбрасывая ключи от номера, слабо улыбается. — Ты не ломайся, ну.

Руки его плачут за них, стонут, молят не отпускать, держать крепче, заботиться и ждать следующей весны, которая точно будет лучше всех предыдущих, ведь руки Игоря не отпустят, не оставят, не забудут, не потеряют, защитят, вывернут неугодных наизнанку и полюбят, обязательно полюбят, как полюбит сам Игорь. А может уже полюбил?

И Игорь, изуродованный линиями теней, пахнущий жаром и нависающий обещанием агонии, ужасает. Что превратило Игоря в это? Серёже страшно.

Что такое доверие?

Игорю стоило бы задуматься: может, это он умер в тот день, распластавшись на полу станции вещания, а не Разумовский?

Сережа сейчас явно не готов куда-то уезжать, а дома, на данный момент, у него не было. Все отняли у этой рыжей бестии, лишь оставили резинку для волос и сделали расшатанную психику. Теперь не только Серёже мучиться с этой головной болью, но и Игорю.

Отправившись на вечеринку, Игорь даже не думал, что на следующий день проснётся в башне "Вместе" далеко не с той огненной цыпой, которую заприметил.

Он раздумывал о том, что Разумовский сказал ему. Пожертвовать собой, чтобы спасти как можно больше людей. Так ведь поступают по справедливости? Да, так. Но что если Игорю придётся жертвовать, чтобы только спасти самого Разумовского?

Серёжа живёт один. Много работает и мало видится с людьми. Он в темноте уже более 10 лет. Но один день изменит всё вокруг. [blind!Сергей Разумовский AU]

au, где Олег и Юлька - бармены в пивнухе, Серёжа нищий программист-студент, Дубин залипает на цветастые лимонады, потому что пиво не пьёт, а Игорь в какой-то момент решает с пивом завязать и полюбовно разойтись (и с Димой спорит, какой лимонад вкуснее).