И, чёрт, это действительно невозможно описать словами. Изуку не то чтобы чувствует большую потребность в большем. Он и представить себе не мог, что когда-нибудь сможет так свободно прикасаться к Каччану. Обнимать его, спать вместе. Да даже просто поговорить с ним было похожим на эйфорию. Ему нравится заботиться о нём, делать для него что-то хорошее. Делать Кацуки хотя бы немного счастливее. Нет, ему точно не нужно ничего больше. Абсолютно. Или все же... //Спойлеры до 429 главы

После того как Изуку силой вернули в академию, Кацуки стал замечать, что с ним что-то не так. И действительно: привычный изумрудно-зелёный, мозоливший глаза на протяжении всей его жизни, стал менять оттенок, сменяясь на совершенно незнакомый ему цвет.

Кацуки наконец говорит то, что должен был сказать ещё очень очень давно. Действия происходят после 429 главы.

– Деку, – уже более привычный тон, но всё ещё тихий, дабы не спугнуть, – твоё поведение изменилось. При чём почему-то только по отношению ко мне.

«Вот уже пять лет Деку не приходил в себя. Пять лет не улыбался, не говорил ни слова, не размахивал руками, смущаясь собственной болтовне. Все вокруг привыкли, смирились с тем, что ему не станет лучше. Только Кацуки продолжал верить, несмотря ни на что». или история о том, как поверженный неизвестной причудой Изуку лежит в больнице, а Кацуки читает ему книжки - единственный, кто считает, что тот находится в сознании

Бакуго набирает в легкие побольше воздуха. Он действительно собирается признаться. Чертовому Деку. — Ты мой любимый герой, ясно? — произносит он, уткнувшись взглядом в пол. — Я, блять, твой чертов фанат, Деку. И для меня ты будешь номером один всегда.

Они всю жизнь бежали друг за другом догоняя. Наконец-то пришло время идти рядом, держась за руки. А так же: два дурака нашедшие свои кинки друг в друге

Спойлеры манги!!! «Мне будет лучше» — ударяются его слова в голову, когда Кацуки пытается взять себя в руки. Не получается. «А мне не будет» — единственная, эгоистичная, мерзкая мысль, что преследует его даже сейчас, когда он стоит в этом клоунском выпускном костюме, прощаясь со всем, что было эти два года. [Или: Кацуки справляется с новостью о том, что Изуку остаётся в Юэй учителем]

У Изуку посттравматический синдром после войны. Ему нужна боль, к которой он привык, чтобы перекрыть те ужасы, которые он пережил на войне. И Кацуки единственный, кто может ему эту боль дать.

Все начинается с простого сообщения от мамы. // или история о том, как Бакуго делает предложение (он этого не планировал, это все происки инопланетян!!!)

В последнее время это всегда происходило именно так. Мидория точно не помнит, когда все началось. Может месяц или два назад, но в один прекрасный момент он просто обнаружил Каччана на пороге своего кабинета, а затем… Затем это повторялось снова и снова. И не то чтобы Мидория был против.

Все начинают волноваться, когда два проблемных ученика их класса вдруг пропадают с вечеринки, устроенной в честь их скорого выпуска. Одноклассники идут их искать, чтобы найти их - вы только подумайте! - борющимися в тесной кладовке, пока не дребезжали двери! Стоило Айзаве поймать их с поличным, как те сразу же покраснели и почти беспрекословно вышли.

Как бы Кацуки не мечтал быть с ним героями вместе и гнаться друг за другом всю жизнь, в роли учителя Изуку стал чем-то совершенно иным. Либидо Бакуго повысилась как минимум в сотню раз, когда он начал приходить после работы таким соблазнительно-уставшим, свободно рассаживаться в кресле и одной рукой развязывая узел галстука. Между тем, новый узел появлялся уже где-то внизу живота Кацуки, а сам он оказывался на чужих коленях. [фф, где Изуку разложили на учительском столе]

несколько раз, когда кацуки просто хотел внести ясность.

Эта родная улыбка Каччана даёт понять Мидории Изуку, что теперь все будет в порядке. Ведь герои - спасают людей. И Кацуки Бакуго стал его героем.

— чертов деку… убери это тупое выражение лица. — изуку заливисто смеётся, прижимая своего взрывного блондина ближе к себе, пока тот улыбается и утыкается носом куда-то в шею веснушчатого.

После победы над Все-За-Одного у Изуку больше не выходит вернуться в сознание. Возможно навсегда. А у Бакуго совершенно не получается с этим смириться. Возможно навсегда.

— Прямо здесь? — он пытается отцепить от себя парня, нервно сглатывая от накатившего возбуждения. — Прямо здесь, сенсей, — красные глаза блеснули в ехидной манере, заставляя первого слегка дернуться.

Первая страница в тетради, как и первое место в сердце Изуку достаются парню, чьë стремление побеждать отражает даже первый кандзи в имени. Парню, которого Изуку знает большую часть своей жизни. Каччану, покорившему его сердце давным-давно.

Пять раз, когда Бакуго Кацуки не было стыдно перед Мидорией Инко. Наверное. И один раз, когда точно было.