Джорджу Лестрейду предстоит пережить самое серьезное испытание в его жизни, когда он вынужден сопровождать своего романтически некомпетентного друга детектива на свидание с дворянином. На место преступления.

Огонь... Такой яркий и пылающий жаром. Смотришь в него и невольно задумываешься: а что же он — огонь? Вот и Уильям Мориарти в один из дней сидел, глядя на оранжевое пламя в камине, и пытался понять, что же представляет собой огонь?..

Перевожу первый раз, так что могут быть какие-то недочёты Шерлок полон решимости доказать что Уильям - вампир, а Уильям полон решимости втянуть его в заговор касающийся вампирского дворянского общества

Уильям целует ножки Шерлока.

Уильям резко проснулся, подскакивая на постели. Он надрывно дышал, сжимая ночную рубашку в том месте, где заполошенно билось испуганное сердце. Мориарти постарался оглядеться, но в комнате было слишком темно и тихо, одна полоска света из под двери, была единственным ориентиром.

Однажды Шерлок предложил Уильяму опробовать интересную штучку.

Шерлок обязан докопаться до правды – в этом его долг как величайшего сыщика... Но теперь Холмс мечтает закопать себя самого.

Невыносимо изо дня в день наблюдать утомлённого после тяжёлой и кропотливой работы брата. Он относится ответственно ко всему, за что берётся, и Уильям искренне стремится обеспечить ему комфорт по мере своих возможностей.

У Льюиса есть маленький секрет, который знают только его братья: он умеет путешествовать по чужим снам и изменять их.

Во имя любимых мальчиков

Он воспринимал это тем, что так мягко называли "близость": красиво и непорочно. Но дорогой и любимый брат имеет другое мнение на этот счет.

Вечер в доме Мориарти.

Они давно должны были прийти к этому. Высшая форма их близости, единения. И Льюис точно знал, что каждый хочет этого неимоверно сильно. Но раз за разом брат уходил так ничего и не сделав. А потому Льюис решает взять всё в свои руки.

Вроде бы это нормально — любить брата и дорожить братом. В крепкие объятия ты вкладываешь всю свою пылкую ласку, позади которой выглядывает разъедающая одержимость. Почему-то одержимость эту можно назвать даже болезнью, только очень приятной болезнью, приятной до мурашек и ломки костей. "Отвратительно, они же братья", — скажут многие. Но когда этот взгляд напротив даёт тебе причину жить, любые странности становятся такими очаровательными, такими родными и, кажется, вовсе не грешными.

Уильям путает братские чувства с любовным интересом.

Уильям неожиданно обнаруживает Альберта в весьма затруднительном положении и решает воспользоваться сложившейся ситуацией в своих бесстыдных целях. На пару с Луисом они устраивают перед Альбертом порочное шоу, но позволяют тому лишь смотреть — до тех пор, пока Альберту не остаётся ничего, кроме как умолять их о том, чтобы позволили ему присоединиться.

Холодный Уильям Мориарти. Казалось бы, кроме цели его ничего не волнует, только Льюис знает, что это совсем не так. Каждое его прикосновение подтверждает это.

«Ноев ковчег» — корабль огромный, но он кажется невероятно тесным, когда странно притягательная фигура детектива-скрипача целый день мелькает то тут, то там, отвлекая Уильяма от исполнения его плана.

— Если бы нас сейчас кто-то увидел, пошли бы слухи. — Слухи всегда ходят.