- Да в твоих отчётах нет ни слова правды последние года четыре! Ты, блядь, нас прикрывал! Несколько раз отводил фараонов! Спас жизнь Луссу! Спас жизнь мне! Четырежды!!! Если уж продаёшь, продавай нормально, идиотина!

Реборн говорит: не смей верить Бьякурану. Тсунаеши делает с точностью наоборот.

Эти слова разъедают ее сердце подобно кислоте.

- Ты опять сидишь здесь, - раздался знакомый голос за спиной. Этот голос она узнает из тысячи. Хотя бы потому, что именно этот голос будил ее по утрам параллельно с разрядами тока, литрами ледяной воды и еще кучи садистских штучек в стиле Вонголы. - У тебя полно работы, Никчемная Тсуна. - Я босс Воноглы, Реборн, - усмехается девушка, - меня подождут.

Тсуна не любила болеть: каждый раз, как она садилась на больничный, у нее резко все проходило. И пока она не знала, когда идет к врачу выписываться, так и продолжалось - сутки по двадцать шесть часов, сериальчики на завтрак, обед и ужин, и никаких тебе социальных контактов.

- Может, и правда я вас плохо контролирую?

У него всё просто и легко ― пистолет в наплечной кобуре, пачка патронов дожидается своего часа. У неё охуеть как всё сложно, словно в той графе "отношения" в соцсетях. А ещё мечта ― въебать мамаше сковородой по лицу. Пока что получается только обыгрывать собственного репетитора в дурака.

- Бельфегор, - показывает мечница рукой на принца, - Фран, - на маленький туман, - На дружбу не расчитываю, но сотрудничать вы обязаны. - Ши-ши-ши, принцу не нравится эта лягушка, - усмехается Бельфегор. Уставшая от долгой дороги и слегка невоспитанная Фран заряжает ему кулаком в живот. Скуало хочется истерически зарыдать. >Скуало продолжает делать то, что делала на протяжении восьми лет. Тянет Варию на себе. Луссурия беспокоится, справляется о её самочувствии. Скуало как-то немного плевать.

Гокудера звал босса «Богиней удачи». Ямамото говорил, что сама Тсуна не высшее существо, просто при рождении Ситифуку-дзин расцеловали всё её тело, одаряя невероятным везением. Кто-то называл Тсуну «любимицей Фортуны»... Враги же окрестили Саваду Тсунаёши монстром.

Говорят — привычка вторая натура. Если это действительно так, то Тсунаёши даже задумываться не желает о том, какая у него эта "натура". Потому что если смотреть по его "привычкам", то выходит какая-то хрень, а он сам получается психом. Ибо только псих мог повадиться отсыпаться в самую жуткую тюрьму мира мафии, от которой даже маньяк Мукуро старается держаться подальше. Хотя стражи Вендиче, как ни странно, ничего против не имеют...

В конце концов Фостер решает, что побыть гордой и независимой она всегда успеет, и именно поэтому перед самым уходом в притворном облегчении опускает плечи, строит скорбное, несколько мученическое выражение лица, а после скалится голодным шакалом, расчленяя каждого тренированным взглядом лучшего судмедэксперта на континенте.

— Тсуна, — Реборн, что до этого молчал, решил взять все на себя, а не то они тут до вечера проторчат. — Ты пойдешь с нами и станешь Одиннадцатой Вонголой. И не было никакого намека на вопрос, Аркобалено даже представить не мог, что ему откажут. — Я не могу, Реборн, — растерянно проговорила девушка. — Мне муж не разрешает идти с незнакомцами куда-то.

Камилла ненавидела своего старшего братца Ренато. Или как он там себя теперь называет? А, точно. Реборн. заявка: Приручить "сволочного" брата Тсуны Савады

Цуна прошла через огонь — и тот ее закалил.

—Почему именно они? — Этот вопрос действительно давно зрел в голове Тсунаеши, ведь его, тогда еще будущих, Хранителей подбирал именно Реборн.

— И откуда ты меня знаешь? - спрашивает в конце концов Ренато. — Был мужчина. В будущем. Его звали Реборн, — Тсунаеши говорит медленно, словно подбирая слова, но он не торопит её. Он ждал год, несколько минут не так страшны, когда она здесь и больше не бежит. — Он был моим учителем. Наставником.

— Настоящий киллер всегда знает, как убрать жертву, — таинственно шептал Тсуна, доставая салфетки и пульверизатор, — всегда.

На правом запястье имена появляются по мере жизни - люди принятые сердцем. На левом запястье имя появляется при рождении - человек назначенный судьбой. Иногда оно сокрыто - шифровка, так это называется. Но всё тайное, рано или поздно, становится явным.

Скалл - каскадер. Остальные, похоже, не поняли, что именно это влечет за собой по большей части.

Скалл был новичком в концепции водителя-беглеца. Да, он мог проделывать довольно крутые трюки на мотоцикле, но это не то, чем обычно славятся водители-беглецы. Они быстрые, умеют находить короткие пути и, что самое важное, они должны уметь в любой момент смешаться с толпой машин. Скалл не мог сделать большинство этих вещей, но когда он заявил, что каскадер, его сразу же назначили водителем — это единственное, что ты можешь делать, так что тебе лучше делать это хорошо.