- Так и будешь продолжать бегать? – от голоса Лу Гуана Чэн Сяоши замер на месте. Он понял, что попался. Конкретно попался. В горле стоит ком и если он попытается сейчас ответить, то зайдётся в истерике. И тогда его ложь раскроется. Ложь о том, что у него всё хорошо и его вовсе не мучают никакие кошмары, которые буквально не дают нормально жить.

Выпускной. Алкоголь. Лу Гуан. О большем Сяоши и мечтать не мог.

По началу маленькие изменения в поведении Лу Гуана казались чем-то обыденным, но с каждым разом становились всё страннее и страннее. Наблюдая за изменениями в друге, Чэн Сяоши не смог остаться в стороне. И не получив ответы на свои вопросы, решил самостоятельно разобраться в чем дело.

Когда Чэн Сяоши выходит из комы, то обнаруживает, что не один в палате. И разве человек может радоваться тому, что слышит голос в своей голове?

Странно.. Куда он вечно уходит..?

- Черт, - восклицает Сяоши, - Лу Гуан, я что - парню должен в любви признаться? Да блин! Что за день-то такой! - стонет он, театрально плюхаясь на диван. - Ну, не ты, а наш клиент, - педантично поправляет его Лу Гуан. - И вообще я не думаю, что у тебя с этим возникнут какие-то проблемы.

В течение года Чэн Сяоши учится видеть то, что было прямо перед ним всё это время. Или близость как язык любви.

Неизвестно, когда именно это началось, но однажды Чэн Сяоши заметил в себе некую странность. Лу Гуан, похоже, тоже был обеспокоен изменениями в теле. Омегаверс АУ, в которой Чэн Сяоши и Лу Гуан, преспокойно работая в фотостудии, внезапно узнают, что оба являются альфами.

– Спорим, что через неделю мы с этим Лу Гуаном станем друзьями?

Лу Гуан искренне старается скрыть ото всех свою бессонницу, пока Чен Сяоши не решается взять все в свои руки и помочь другу. «Все его приевшееся существование было посвящено одному единственному человеку, чьи чуть шершавые ладони поглаживали ледяные руки. Он не знал в какой момент весь мир сузился до карих глаз напротив, ради которых можно разрушить любой мир»

У Чэн Сяоши нервный срыв, а Лу Гуан влюблен. Альтернативное название: Idiots-in-Love или 10к+ слов гей-паники Лу Гуана

Слышны были лишь звуки волн, на фоне мирного дыхания двух парней, сидящих на берегу. На запястьях обоих покоился браслет, который был также важен, как и сам обладатель тоненькой ниточки.

"Что это было? Лу просто решил помочь мне? Почему сердце колотится с такой бешеной скоростью, ладошки мокрые и холодные, а губы горят огнём? Он что, влюбился в своего лучшего друга? Но как так?"

Если Лу Гуан и Чэн Сяоши работают с фотографиями, то нашелся человек, что умеет проникать в истории, да и к тому же затягивать туда других людей. А под Новый год или же праздник Весны "Чуньцзе", такие чары всегда усиливаются. Что ж, для кого-то это отличная возможность погрузиться в мифы и легенды китайского Нового года, а для кого-то прояснить что-то для себя и поговорить друг с другом.

Шесть оранжевых роз, нежно обнимающих веточки гипсофилы, а позади, словно запоздалая мысль кое-как приютился листочек кожаного папоротника. Чэн Сяоши вернулся, закончив дела и поставил букет цветов прямо на прилавок. — Что это? — спросил Лу Гуан, глядя на цветы. — Цветы. Для тебя, — просто ответил Чэн Сяоши. Брюнет заломил руки. Лу Гуан нечасто видел его таким. Или: Чэн Сяоши подарил Лу Гуану цветы. И Лу Гуан больше не может игнорировать то, что происходит между ними.

Было бы во много раз спокойнее, если бы Чэн Сяоши спал рядом, обнимал его и бурчал на ухо что-то нечленораздельное. Если бы Лу Гуан мог чувствовать тепло его тела с утра до ночи: касаться, пересчитывать родинки, целовать. Слушать дыхание.

— Чэн Сяоши, никаких стычек с игроками другой команды, никаких подсечек и тому подобного, в общем, не нарушай правила игры, — наставляет его Цяо Лин, поправляя его накидку, на груди которой красуется герб факультета Пуффендуй, – и, пожалуйста, вернись целым и невредимым. — Будет сделано, староста! — салютует ей Чэн Сяоши, крепче сжимая метлу другой рукой. — Лу Гуан, пожелай мне удачи! Лу Гуан кивает.

Лу Гуан думает: это. просто. период. Поболит и отпустит. И у него, и у Сяоши. Но уже шесть лет — у него болит, а Сяоши не отпускает.

—Что это? — уставился Сяоши на коробку, которую Лу Гуан оставил на столе перед уходом. Да, смотреть в чужие вещи некультурно и все дела, но... Любопытство всегда сильнее. Заглянув "всеголишьоднимглазком" Сяоши видит там что-то круглое по очертаниям, в плотном пакете, с ремнем, переходящим в цепь. Но дальше не лезет, поспешно сгребая коробку под стол. Звон двери. Очередной клиент. А это значит, что брюнет не будет вспоминать про странную вещь до самого вечера.

Все было хорошо ровно до того момента, когда Чэн Сяоши понял, что Лу Гуан начал стареть быстрее него.