В определенный момент жизни мы встречаемся с определенным человеком, необходимым именно в этот период. Такой странный закон притяжения, такое взаимовыгодное спасение. Проводим определенное время вместе, потом обязательно расстаемся. Потому что каждому из нас надо идти дальше, входить в новый, следующий период своей судьбы.

— Ты сегодня вечером свободен? — внезапно спрашивает Чонгук. — Сегодня… ну вроде, — задумчиво тянет Тэхён, но не успевает продолжить, как объявляют о завершении собрания, и Чонгука уже зовёт кто-то из преподавателей. — Отлично! Тогда пойдёшь на свидание?

Руки на чужом горле сжимаются, заставляя отчаянно хватать ртом воздух. — Если ты ещё хоть раз посмотрешь на него — вырву тебе глаза. Если ещё хоть раз подойдёшь — сделаю тебя калекой. Если осмелишься дотронуться... тебе лучше не знать, что я с тобой сделаю. Голос хриплый, почти рычащий. Взгляд чернеет, погружаясь в бездну.

Несовершеннолетний неопытный вор из детского дома и контрабандист с многолетним стажем — как эти двое смогли встретиться на одной яхте?

Одно маленькое Рождество в центре Сеула.

Небольшая зарисовка к Новому году про милую феечку и одно исполнившееся желание на двоих.

Чонгук гордится тем, что остальные ребята его уважают и слушаются, не боится подраться за свою территорию с мальчишками из соседней близкой деревеньки: это же естественно! Так же естественно, как и лазить через забор к безумно симпатичному омеге, который приехал на каникулы, угощать его самыми вкусными натуральными лакомствами и добиваться взаимности. Чонгук уже умеет добиваться многого, но с осторожным и милым Тэхёном, который отказывается с ним гулять, вести себя привычно не очень хочется.

Субъективный взгляд на реальность. У этих двоих своя Вселенная. Что там - любовь, дружба, еще что-то - никому, кроме них, неизвестно. Но то, что там есть что-то очень сильное и настоящее, это однозначно. Что-то только для них.

Я не хочу быть твоим Богом.

Поцелуи с привкусом сигаретного дыма и тёплой апрельской ночи — это не то, за чем Чонгук намеревался застать себя, когда вышел на веранду освежиться с университетской тусовки.

Ещё давно Тэхён понял, что его сердце принадлежит не только улицам, но и этому мальчику. Его глазам-бусинам, красному выглаженному галстуку и улыбке, которой он так хочет быть причиной.

Кожа, которую ты зовёшь домом, скрывает собой едва бьющееся сердце, и подкашивающиеся колени, и лёгкие, что содрогаются от недостатка кислорода в преследующем по пятам одиночестве.

Прежде счастье казалось Чонгуку воплощением успеха, одобрения близких и поддержки семьи. Теперь же он сравнивает счастье с тишиной и спокойствием, пропахшими древесиной и тлением огня в разожжённом камине. Оно медовой сладостью распускается на языке и затапливает звонко бьющееся в груди сердце, познающее своё место.

Тэхён не уверен, когда начал воспринимать своего лучшего друга как нечто большее. Когда он начал откладывать в памяти проведённые рядом мгновения, которых становилось всё меньше. Когда его сердце стало замирать каждый раз, когда Чонгук смотрел на него, робко, неуверенно и будто рьяно, прежде чем поспешно отвести пойманный взгляд. Теперь Тэхён не может думать ни о чём другом.

Когда-нибудь эти кружева, атласный шёлк и лукавая улыбка сведут Тэхёна с ума.

Столько, сколько он себя помнит, Чонгук не любил выбирать. Ведь зачем ограничивать себя выбором, если можно взять всё?

Чонгук с головой уходит в подготовку к зимней сессии, изматывая себя до предела. Тэхён, как самый лучший на свете парень, решает ему помочь.

Его боль продолжает возвращаться, стуча в дверь аккуратными пальцами, и Чонгуку некуда от неё бежать.

Чонгук мечтает о семье и ребенке, но ухаживающий за ним альфа при любом разговоре о детях всегда тактично сходит с темы. И вот однажды на телефон Чонгука приходит сообщение от Тэхёна очень странного содержания: «пишу вам потому что папа забрал мой телефон а няня не разрешает есть пещенье пока я не помою ноги! пожалуйста скажите ему чтоб быстрее ехал домой!»

Блондинистый парень — фотограф и талантливый художник двадцати лет — ищет свое вдохновение и в один из дней встречает музыканта, который неосознанно становится его музой. Молодой окрыленный творец открывает в себе новые чувства одновременно с воспоминаниями о далеком прошлом.