Чёрный повсюду – забил собою голову, своими нескончаемыми тирадами и касаниями.

- Я ненавижу тебя, надеюсь, там тебя убьют. Фраза, которую сказал ему отец на прощание.

Курильщик Я в один могильнике уже который день. Со счета сбился. Это все Ральф. Засунул меня сюда, боюсь представить зачем, а теперь кормит завтраками. Мол, скоро выпустят, перепроверяют анализы и т.д. и т.п. Хотя с моими анализами, я уверен, все в порядке.

Чёрный собирается на первую выставку Эрика Циммермана, на которой он будет сопровождать его как менеджер.

В общине Чёрный неоднократно видел по ночам содержательные сны с участием Курильщика. После пробуждения с покалываниями блаженства по всему телу ему приходилось менять простыни, а также стирать снятое постельное собственноручно, чтобы у остальных не возникало лишних вопросов. А потом оставалось лишь весь день думать о сне, злиться, ругаться на сон и тайно надеяться когда-нибудь его осуществить.

С праздником, любимый.

- Ты не понимаешь, люди любят читать порно, люди любят смотреть порно, мы просто даем им это, то что они хотят. - Но это не значит, что я должен писать об этом...

Несколько ночей из жизни Чёрного и Курильщика, сблизивших и связавших парней нерушимыми, невидимыми нитями — от одного любящего сердца к другому.

«Я не читаю газет и не смотрю телевизор, но не стал об этом распространяться». Краткая выжимка о том, как Курильщик избавился от оков потребления массовой информации.

Не шумите, занимайтесь спортом в коридоре или в любой другой комнате, кроме спальни, и ни в коем случае не надевайте шорты, если хотите, чтобы день вашего партнёра прошёл продуктивно.

Они жили вместе уже полгода. Занимались обоюдным кипячением — немногим дольше трёх недель. И, по неизвестной Курильщику причине, Чёрный за это время ни разу не предложил секс первым. Как прикажете в такой ситуации без загонов?

Никогда Курильщик не переживал, что не может, и вот опять. Дождь, акварель, телевизор, пляж, ноги и танцы.

Пальцы Эрика танцуют по белой коже оголенных плеч, забираются на лопатки и путешествуют по спине. Пальцы Чёрного кружатся по нежной пояснице, забираясь под футболку, пуская мурашки от загривка до пят. В их жизни удивительно много танца, а музыкой служит что угодно: стучащий в окно дождь и умиротворенное сопение, утренний грохот сковородок и редкие тихие откровения.

Курильщик решает, что он амёба

— Ну хо-очется... — К утру не перехочется. — А сам-то? Сам-то что тут делаешь? — и они сожрали пачку сушёной питахайи практически целиком, пугая соседей зожным смехом. А ведь всё начиналось с очередной сигареты...

Годы мыслей — и Чёрный наконец решается навестить его в Наружности. Да неужели.

Вчера Чёрный решился. Он пришёл к Курильщику — просто извиниться и просто снова его увидеть. А Курильщик затащил его к себе, весь день с ним просидел, смеясь с каждой его шутки, даже если как шутка фраза не задумывалась, лучисто глядя на него и расспрашивая обо всём подряд.

Впервые они занялись сексом через неделю после перехода Курильщика в четвёртую комнату. Это не было чем-то диким для них, ведь в Доме каждый, казалось, хотел почувствовать тепло другого тела. Пусть даже это тело отличалось от «нормального». У Курильщика, ко всему прочему, были все части тела на месте, хоть некоторые и не функционировали, так как должны. Но Сфинкс не смел жаловаться, когда у самого даже не было рук.

Что в Лесу было такого, что так будоражило умы, что Слепой пропадал тут постоянно, Ральф не знал, и очень хотелось это увидеть.