— Через четыре месяца исполнится семь лет с тех пор, как вы с Дазаем Осаму выпустили свой чрезвычайно успешный, первый и единственный альбом «Двойной черный» и его бриллиантовый сингл «Порчу». После выступления с Дазаем в начале этого года, планируете ли вы что-нибудь особенное, чтобы отпраздновать? ... — «Порча» безумно переоценивается, а я бы предпочел не слышать голос Дазая до конца своей гребаной жизни.

Молчание может ранить. Тишина — убить. | AU, в которой Дазай (безнадёжно и полностью) глух, Накахара — наследник криминального босса, профессиональный наёмный убийца и просто уставший юноша, однажды опоздавший на работу, потому что чуть не сбил на дороге немного необычного гражданского.

Ночь, улица, фонарь, гостиница. Если французские любовники ещё могут ужиться в одном номере с одной постелью на двоих, просто потому что свободных комнат временно нет, то молодняк японской мафии, скорее, перегрызёт друг другу глотки, чем окажется наедине друг с другом в одном помещении.

Мори развязывает Чуе руки, требуя проучить Дазая. У того свои методы.

Акутагава всегда мечтал стать похожим на наставника, но даже предположить не мог, что однажды проснётся в теле Дазая.

Акутагава всегда знал, что этим закончится: Зверь сожрёт его изнутри. И только об одном он жалел: что больше не сможет побыть с тем человеком.

Рюноске снова пытался сделать всё, чтобы его заметили. Пытался показать, что способен справиться с заданием в одиночку. Но переоценил свои возможности. Дазай снова разочарован. ᅠᅠ

Секс Двойного Черного один на один всегда был, как драка. Но при наличии даже одного зрителя хрупкое «как» разрушилось. Оказавшись же третьим в постели этой парочки, Рюноске узнал, что они не только морды бьют синхронно, но и умудряются правильно разделить постельные обязанности между собой. (Нестандартные семейные отношения и почти милая шведская семья этой троицы, где Чуечка способен надеть на Дазая строгий ошейник, чтобы не был так несправедлив к малышу Рю.)

Акутагава был игрушкой Дазая, и Чуя предпочитал не лезть в очевидно нездоровые отношения между своим напарником и его подчиненным. Пока Дазай не ушел из мафии и его бешеный пес не остался без присмотра.

Осаму просто обожал передавать контроль над кем-то таким же "неполноценным", как он. А когда увидел потенциал в мальчишке из трущёб его одолевало наваждение.

– Дазай угробит этого ребёнка, – говорит боссу высокая и красивая женщина с зонтом. – У него свои методы воспитания, – отвечает тот, и Акутагава смотрит ему в глаза, не мигая, словно пытаясь показать, что ничего не имеет против такого обучения (хотя, возможно, слово дрессировка подошло бы куда лучше).

Дазай вытаскивает Акутагаву из психиатрической лечебницы

Бинты крепко стягивают тело Акутагавы, он укутан в них, как в паутину, с ног и до головы. Дазай думает, что бинты эти похожи на его собственные.

Ради Дазая Акутагава готов на всё. Это лишь первая его ошибка.

Зарисовки по 21-дневному челленджу, подсмотренному в группе https://vk.com/club124585760. Ссылка на запись с описанием фетиш-челленджа: https://vk.com/wall-124585760_19710

Невзаимная любовь убивает...

Для Акутагавы Рюноске наличие имени на левом запястье не решало ровным счётом ничего. Он никогда не позволит какой-то судьбе и бесполезному имени выбирать за него, кого любить. Никогда – сильное слово. Или нет?

Дазай держался предельно отстранённо, но именно такое его поведение безумно привлекало Акутагаву и заставляло тянуться к Дазаю со страшной силой. Равнодушные тёмные глаза, взирающие на него с презрением, нескрываемое отторжение в каждом его жесте являлись именно тем, что Акутагаве было нужно. Больше всего на свете он хотел быть использованным. Ненужным.

Пусть внешне Рюноскэ Акутагава и не подавал виду, но внутри трепетал и кричал от дикого восторга. На постоянно бесстрастном лице не отображалось и половины тех эмоций, которые рвутся изнутри, мешая сосредоточиться. Одна единственная мысль о том, что он находится в комнате Дазая-сана, заставляла сердце сходить с привычного ритма.

— Но ты… я думаю, ты — другой случай, Акутагава. Благодари свою способность. Проходит пара секунд перед тем, как Рюноске понимает, что наставник обратился снова к нему. Взгляд все еще блуждает по совершенному телу Накахары, а в горле пересохло будто бы, когда Акутагава пытается спросить, но выходит лишь неразборчивый шепот: — Что вы имеете в виду? — Расемон — уникальный и весьма многофункциональный дар, разве я не прав? И я подумал… а что, если…