За ночь демон ни на секунду не сомкнул глаз, он изо всех сил пытался вспомнить, как ангелы насылают добрые сны, ведь когда-то, очень-очень давно, и он так умел. Сейчас это умение пришлось бы как нельзя кстати…

― Я хочу заняться сексом. Кроули едва не уронил кружку. ― Прости, но, ― переспросил он, растерянно моргая, ― что?

Кроули знает все слабости Азирафеля — каждую из них.

Конечно, Азирафелю не стоило забывать, что Кроули демон, и тем более не очень-то осмотрительно было так привязываться к нему, но в конце концов, они жили бок о бок шесть тысяч лет, и ничего удивительного, что со временем они селились все ближе и ближе друг к другу, пока наконец не оказались в одной квартире. Это было закономерно.

Вельзевул был научен горьким опытом. Прежде чем появиться в квартире Кроули, он высунул из-под пола только голову. Было тихо, чисто, спокойно. Страшно.

Уже месяц ни Рай, ни Ад не проверяли Азирафаэля и Кроули. Поэтому Гавриил решает лично удостовериться в том, что Азирафаэль не стал демоном или человеком, и навещает книжный магазин в то время, когда все нормальные супружеские пары ещё спят.

Невежливые водители и пробки на дорогах раздражают даже демонов. Но не у каждого демона есть свой ангел-хранитель, готовый прийти на помощь в трудную минуту.

Кроули всегда ведёт в их отношениях и в спальне. Но что, если он хочет по-другому? Просто не говорит.

Азирафаэлю было комфортно рядом с Кроули. Нет, не так. Азирафаэлю было очень хорошо рядом с Кроули.

Азирафаэль стоит в спальне и упирается взглядом прямо в огромное белоснежное перо на прикроватной тумбочке. - Чье это перо, Кроули?

— Порнография совсем не помогает, — пожаловался Азирафель. Кроули подавился вином, забрызгав стол. — Что ты сказал? — переспросил он, откашлявшись. — Я сказал — «порнография совсем не помогает», — со значением повторил Азирафель и посмотрел на Кроули так, будто именно демон и был в этом виноват.

У Кроули блядская расхлябанная походка.

Он сорвал с носа очки, которые не снимал с момента ссоры, бухнулся на колени перед ангелом, и едва не заревел.

[au, в котором сердце одного из соулмейтов светится сквозь ребра и плоть от прикосновений другого] даже тем, кто прожил на земле 6000 лет, очень сложно распознать любовь, особенно когда никогда раньше её не чувствовал в своём сердце.

Механика движения крыльев предполагает, что они состоят из мышц и костей, но на самом деле это не так: крылья Азирафеля – это просто он сам, сама его суть. Руки, ерошащие перья, приглаживающие их, проникающие под верхний слой, – это… это божественно. Даже если Кроули – демон.

Апокалипсис начался. Силы оказались равными, и в противостоянии не нашлось победителя. Посреди бесконечной битвы многие больше не видели смысла в сражении. Поэтому группа ангелов и демонов отыскала на Земле скрытый уголок. Азирафель - создатель этого маленького убежища, стал для них спасением, помогая исцелиться и найти жилье. Но хрупкий баланс оставшегося в живых мира пошатнулся, и высшие силы обратили на него свой взор, когда на свет появился ребенок ангела и демона.

О, это снова был тот же сон. Вернее, антураж каждый раз был другим, да и обстоятельства почти никогда не повторялись, но действующие лица были всегда одними и теми же. Как и то, чем они занимались...

— Я так хочу тебя любить, — признался Кроули дрожащим голосом. — Как бы я хотел любить. В груди защемило. Лицо Азирафаэля исказила глубокая печаль, он ахнул и поднес руку к груди. — Ох, Кроули, — горько произнес он. — Дорогой мой, как спустя шесть тысяч лет ты можешь быть таким дураком? Кроули непонимающе уставился на него. Это… было неожиданно. *** Кроули испытывает вину из-за предубеждения, что демоны не способны любить. Хорошо, что хотя бы Азирафаэль может мыслить здраво.

Никто не знал, чем обернётся их обычное не(свидание) в театре. Кроули зачем-то взбрело в голову надеть потрясающий чёрный костюм из сороковых и борсалино, а Азирафаэль уже не в силах сопротивляться любви и... Желанию.

Змеи – лучшие любовники.