Сильный человек в минуты бессилия... это завораживает. И безумно возбуждает.

Эти двое встречаются уже почти пять лет. Давно не видавшие моря, они хотели взять отпуск на годовщину и провести деньки на тёплом пляже. Уже завтра их особенный день, но не обязательно ведь его дожидаться, чтобы немного отдохнуть?

Джисон самый привлекательный из рода бельчих. У него мягкие ушки с милыми кисточками, платиного цвета волосы, большие щёчки, кукольные глазки и пушистый хвостик. Его он любит больше всего, потому что им можно заменить как подушку, так и антистресс. Но больше всего Джисону нравится его парень — Чан, который, на удивление всех, является представителем волков.

— Хочешь попробовать быть домом? — спрашивает Минхо. Чан смущённо откашливается. — Да, но я не знаю, как это сделать, — признаётся он. — Для всего есть первый раз, — усмехается Минхо. — Заткнись, — смеётся Чан, чувствуя лёгкое напряжение. Минхо вытирает его пальцы, спрыгивает с кровати и берёт телефон. — Не со мной, я никому не подчиняюсь. Но знаю, кто может помочь, — говорит он. Чан сглатывает. Он действительно решился?

На лице Чана широкая улыбка с милыми ямочками. Он поднимает руку вверх, прося тишины. Его правый глаз всё ещё белый. — Так и закончилась история кровавого душегуба. Он был плохим человеком, и пусть некоторые из его выкладок помогли современной науке и медицине, ничто не должно быть получено такой ценой. За правду! За труд! За отечество. Ура, товарищи! — Ура! И Джисон кричит вместе со всеми, но не слышит своего голоса.

Для Джисона всегда было чем-то нормальным, когда его путали с омегами или бетами. Не из-за того, что как-то сильно отличался запах, а потому, что он по своему телосложению был меньше типичных альф. Бан Чан же являлся первородным альфой, ведь широкие мышцы спины и сильные мышцы груди и рук так и кричали об этом, что он готов зажать в своих объятиях очень крепко, а ноги и задница были его достоянием. Что же будет, если они случайно пересекутся на Чеджу?

Он и правда работал, пока в полночь к нему не пришёл Джисон. В домашних шортах и старой вытянутой футболке Чана. А косые ножки в белых носочках будто ещё больше соблазняли и без того затраханный мозг Чана.

Будучи самым обычным и непримечательным хомяком, Джисон, так или иначе, подставлялся подавляющему большинству людей в своем окружении. Судьба же, помимо того, чтобы издеваться над ним мягким внешним видом и особенно покладистым характером, нарекла его альфой. Мамины гены решили проявится именно в его вторичном поле, и парень даже не знал, стоило ли за это благодарить или… Джисон буквально альфа-хомяк. Над ним весь отдел ржал, когда это всплыло, а ведь он даже не был официально устроен.

Из-за ссор между родителями в одиннадцать лет пытался покончить с собой. Отец тут же отправил его в Австралию к своей сестре. Его полностью отрубили от семьи. Слышал обрывочно, что мамы больше нет. А потом не стало и отца. Управляющий срочно вызвал его в Сеул, чтобы вступить в наследство и встать у руля семейного дело. По приезде в резиденции его ожидает много сюрпризов, а именно молодой парень, который является его братом. Но почему же к нему так тянет...

Хани хочет нагнуть Чана, но у лидера другие планы

Очередные съемки, очередные костюмы и лёгкие сценарии каждому, для игры на камеру. Всё идёт как по маслу, но один собственный, прежде кажущийся нереальным сценарий, воплощается в жизнь когда никто не ожидал его реализации вообще. Трейлер для «Oddinary» могут закончить снимать и без них. Сейчас есть более важные дела.

Если бы кто-то сказал Джисону, что после пяти пересадок и почти двух суток без сна ему придется бороться за собственное место на борту самолета, он бы предпочел сразу выйти. В иллюминатор, например, или в какую-нибудь другую пригодную для этого щель, потому что моральное и физическое состояние уже походило на что-то желеобразное. Такое же тревожное и нежное. Ткни в него кто-нибудь пальцем, он бы не удивился, увидев там красноречивую дырку.

Он — адреналиновый наркоман. Его специализация — гонки на мотоцикле. Благо, что состояние вечно занятого отца позволяет менять дорогостоящие игрушки. И нет ему равных. Пока не появляется ещё один. Такой же бешеный. Неуязвимый. Но только на первый взгляд. Цель Джисона — жизнь. Цель Криса — хождение по грани.

Бан — чёртов змей-искуситель. Само воплощение смертного греха — Похоти. От него веет развратом, таким грязным, но желанным, до одури желанным. Хан ловит себя на этой мысли уже не первый раз и головой трясёт — надеется, что она испарится в эту же секунду, перестанет мучать его белым шумом, но она нещадно маячит у него в голове, пока он рассматривает причину своих мыслей — его.

Чан знает, как правильно будить Джисона.

Джисон с Крисом начали встречаться теплой весной, когда им было двоим чуть больше двадцати. Они строили планы на будущее, учились в соседних университетах и раз в неделю ходили пить любимый кофе Джисона. Они любили ароматы одеколонов друг друга. Джисон с Крисом расстались холодной осенью, когда им было чуть больше тридцати.

— Давай встречаться? — Чан почти шепчет это словно в дурмане, слишком взловнованный происходящим. Он не хотел, чтобы это звучало как-то пренебрежительно, но и излишняя пафосность сделала бы всё только хуже. Он просто говорит так, как чувствует и лишь надеется, что ему ответят взаимностью, которая была бы искренним желанием Джисона.

Бан Чан смотрел на лежащего в позе звезды на его постели омежку и тихо проклинал злосчастный вчерашний вечер, когда он рассказал этим двоим о своих проблемах.

джисон пахнет винилом и медиаторами, на вкус как перетянутые металлические струны — чан царапает о них губы, пока целует.

Никаких Альф и омег, на самом деле нет, но это их затянувшаяся игра, переросшая в реальность, где чан – главный альфа, а участники группы – омеги, ему подчиняющиеся. И Джисон – единственный, кто ещё не подчинился этой игре и не признал Чана главным. Не признал его альфой, а себя – омегой.