Когда Тэхён, сидя за рулём, позволил Чонгуку себе отсосать, он даже подумать не мог, что тот окажется сыном генерала полиции.

Чонгуку приходит сообщение на телефон, которое он открывает без задней мысли, потому что не ожидает там увидеть задницу своего студента и подпись: «Ваш студент крайне плохо себя ведёт, профессор Чон. Накажете меня?»

AU о том, как Тэхён, всю жизнь проживший в лесу, впервые узнал, что такое тесты на беременность.

Чонгук бегал по всему парку, истерично выкрикивая «Коврижка!» и пробегая, кажется, уже третий круг. Он успел распугать кучу собачников, набрасываясь на всех, у кого на поводке был корги. Ещё пятнадцать минут назад толпа этих низкосрачных пушистых жопок рассекала на поляне, сливаясь в один большой оранжевый ком, а стоило ему только на пять минут отлучиться, чтобы поболтать с другом, как вся эта туса чудесным образом рассосалась, а вместе с ней куда-то делся и его пёс.

— У вас просто синдром кувады, — как ни в чем не бывало оповещает врач. — Синдром чего, блять? — одновременно оба спрашивают. — Синдром кувады или симпатическая беременность - это состояние, при котором у будущих отцов наблюдаются схожие с беременностью симптомы, как у их партнера.

Он приходил сюда уже несколько месяцев. Просто садился за пианино и играл. Это был его способ говорить с миром, не произнося ни слова. Его мелодии говорили за него — о том, что болело, что радовало. Иногда это был Бетховен, иногда — Бах, а когда душа просила выхода, он играл Вивальди, позволяя музыке говорить то, о чём омега сам никогда не осмелился бы. Всегда — классика. Всегда — его любимые произведения. Всегда — его собственные руки. И всегда — без зрителей. Ну, то есть… почти всегда.

– У нас что, новенький? – спросил Чонгук у тренера. – Не узнаешь, что ли? Разве не ты два года назад назвал его задохликом? Это тот айдол. – Ви?!

— Я сделаю это через год, если попросишь снова, но я не буду держать тебя, не стану заставлять ждать. Год, Тэ. Если мы всё ещё будем нужны друг другу, если ты не передумаешь насчёт наших неправильных отношений, если до конца поймёшь, что чувствуешь в первую очередь к себе.

Тэхён не оставлял попыток отговорить отца от форменного безумия, но тот как будто бы помешался на своей идее покорить неприступную Искардию. И вот Ким третий раз тяжёлыми ботинками ступает на промёрзшую на много миль в глубину землю. Он знает точно, что отсюда уже домой не уедет. Магическая сила ваариев сильна и беспощадна, и в этот раз с миром их уже никто не отпустит.

— Тэхён, — первым выходит из транса Чонгук, — как ты мог так нагло врать? — Я? — удивляется Тэ. — Ты буквально самый красивый человек, которого я только видел. Самый. Красивый. — Ты сейчас серьёзно? — конечно, он не верит, привык слышать обратное. Если человеку долго говорить, что он дурак, он таким и станет. — Похоже, что я шучу?

— Доктор сказал... — но омега не даёт договорить. — Клал я на то, что доктор сказал, — из последних сил выжимает из себя Ким. — Никакого альфы даже близко рядом со мной не будет! Ты же не успел навести суету и кого-то позвать? — Нет, я нашёл решение лучше. — Да неужели?

— Ты делаешь татуировку, Тэ, — кивает несколько раз головой Пак в подтверждение только что произнесённых слов. — На ноге. Рисунок, так уж и быть, разрешаю выбрать самостоятельно. Отказаться не имеешь права.

— Стафф, тебя не учили здороваться? — вдруг обращается к нему мужчина. — Я так понял, сегодня все решили меня вывести из себя. Принеси мне кофе. Без сахара, но со сливками. Ну, ты должен знать, — уверенно заявляет тот. Чонгук, конечно, согласен, что не здороваться не вежливо, но такое обращение он не потерпит — не в его правилах. Он осматривает незнакомца пристально ещё раз. — Может, тебе ещё отсосать? — Чонгук приподнимает бровь вопросительно.

— Тебя что-то смущает? — правитель вздергивает вопросительно бровь. — Но ведь… разве полагается… Я не омега. — Я заметил, — усмехается тот. — А я — император. И выбора у тебя не так много. — То есть, Вы хотите сказать… — Я хочу сказать, — перебивает его Тэхён, внезапно выдавая раздражение, — что если император чего-то хочет, то он это получит. Без вариантов. Ты остаешься со мной. Привыкай.

— И мне просто так за красивые глаза денег дадут? — Чонгук скептически приподнимает бровь. — Да, — уверенно говорит Чимин. — Сахарные папочки любят выходить в свет со своими детками. Но для того, чтобы тебе этой сахарной деткой стать, нужно попасть туда, где все эти мужики богатые собираются… Чонгук издает еще один обреченный вздох. «Детки» и «папочки» — это ровно тот кринжовый набор слов, от которого его мутит. ИЛИ У Чонгука нет денег, чтобы заплатить за учебу.

— А ты? Чонгук? — обращается к нему Юнги. — Я… Да я работал, — отмахивается он, хотя в голове вспыхивает ярко сцена того, как стоял на коленях в свой тридцатиминутный перерыв и сосал без рук Ким Тэхёну в подсобке. ИЛИ У Чонгука есть план на жизнь, он учится в университете и собирается в будущем взять в мужья какого-нибудь омегу, не особо задумываясь, нужно ли ему это в действительности. Во время летней подработки он встречает Ким Тэхёна, альфу, который доказывает — нет, не нужно.

— Жалко было лицо разбивать тебе, — говорит Чонгук достаточно громко, чтобы Тэхён его слышал, становясь под соседний душ. Тут нет перегородок, и Чонгук пользуется этим. Не беда, что фингал расцвёл уже под глазом, всегда можно покрасоваться не только лицом. — Мне тебе тоже, — не остаётся в долгу, но не смотрит, намыливает волосы, подставляет лицо под струи воды. Или Чонгук - андердог подпольных боксерских матчей, который неизбежно сталкивается с фаворитом Ким Тэхёном.

— Не знаю, что ты себе вообразил, сучоныш, — а вот это было чем-то новеньким, — но мы с тобой не женатики. Ты мне не интересен. Если бы не мой сын, этого всего, — он обводит рукой пространство, — не произошло. — Точно не интересен? — Тэхён склоняет голову набок. ИЛИ Чонгук зрелый омега с непростым характером, который давно уже ничего не ждет от своей размеренной безбедной жизни, но в игру вступает один наглый сучоныш.

- У меня член больше, - глядя в глаза Чонгуку говорит Тэхён. - Ты как вообще с ним трахался? - кидает он напоследок, выводя героя-любовника из кофейни. ИЛИ Чонгуку разбивают сердце, а Тэхён случайно его встречает именно в этот момент.

— Я… — голос осип, и Тэхён неловко кашлянул. — Я сейчас просто уточняю, правильно ли услышал. Чонгук, ты только что сказал, что хочешь, чтобы я… тебя… ну, эм… трахнул, да? — закончил совсем-совсем тихо, пытливо заглядывая в лицо Чонгука.