Стоило двери в ванную комнату захлопнуться, как Ахав, подождав минуту и услышав шум воды, открыл коробочку, вынул из неё содержимое, и в наглую вломился к Киничу. Он не пытался быть тихим, а Кинич, в свою очередь, уже привык к тому, что Ахав делает всё что захочет вне зависимости от того, что ему говорят. — Примерь, ну же! — настаивал Ахав и залез к нему в душевую.

Кинич взявшийся за поиски пропавшей кошки, оказывается втянутым в череду загадочных событий в компании своего дерзкого напарника Ахава, скрывающего немало тайн. Они попадают в деревню, где древние заклинания и загадочный праздник ставят его на грань нового открытия. Что скрывается за праздником в загадочной деревне, и как миссия охотника изменит не только его жизнь, но и его сердце?

Время является условием для движения, изменения и развития, причём только в одном направлении — вперёд. Возможно ли вернуть неизбежное, исправить собственные ошибки и выйти после этого безнаказанным? Обмануть смерть ради кого-то близкого?

Это был предел. Никогда еще к Киничу не было так близко чужое тело, и никогда ему никто не говорил ничего подобного. Он лежал под Ахавом с красными щеками и сверлил дракона каким-то затуманенно-злым взглядом.

— Слуга! Ты был беспечен и забыл о наших нуждах! — Ахав, маленький пиксельный дракончик размером не больше ладони, кружит вокруг Кинича, пока тот, в свою очередь, идёт в сторону своего дома. Или, правильнее будет сказать, их дома. Куда хозяин, туда и слуга. Вот только кто из них кто, это интересный вопрос без точного ответа.

Был, как и всегда, прекрасный тёплый день. Был так же Путешественник, что дружелюбно предложил Киничу, своему новому другу, сходить да посидеть на горячих источниках. Была так же Паймон, ведь куда Путешественник, туда и маленькая фея компаньон. И Ахав. И Ахав находился до странного близко к лицу Кинича. (П.А. Является прямым продолжением фф "У меня тоже есть потребности!", но не обязует к его прочтению)

Казалось бы, что вечером должно всё разрешится. Ахав, по-прежнему не заимевший штанов, был вынужден превратиться обратно в пиксельного дракончика, не без уговоров Кинича, конечно же, и слов о том, что даже в воде, в самих горячих источниках, — сидеть без плавок было верхом неприличия и скандала. Не говоря уже о том, чтобы...

Ахав в драконьей чешуйчатой форме, размером... со среднего дракона. Не 2D!

Кинич пробуждается в лазарете после полученного на войне ранения, вот только собственное тело, кажется, больше ему не принадлежит…

— Ничтожный слуга. За свою помощь мы требуем несколько литров фруктового сока — Раздался на удивление приятный глубокий голос мужчины, что заставило Кинича резко поднять голову и осмотреть... Ахава?

— Узнаёшь, кто я? — наглая настойчивая рука, игнорируя сопротивление похолодевших пальцев шокированного Кинича, движется вверх по бедру и забирается под обмотанную на поясе кофту. Не будь в таверне так сумрачно и шумно – окружающие наверняка увидели бы, как порозовело вечно серьёзное лицо уитцтлановца. От стыда, безысходности и смущения. От бури эмоций, которые сдавили Киничу грудь. — А, слуга?

Кинич не празднует свой день рождения, но почему это должно мешать праздновать его другим? А, конкретно, его шаловливому спутнику.

Уже похолодало, а Кинич всегда находит себе приключения. Но что же Ахав? Недоволен? Разочарован? Взбешен? А может что-то большее?

Чуть заметная улыбка, от которой Ахаву хочется уже закричать ему в лицо, что "Черт возьми, парень, улыбайся чаще!". К сожалению того же Ахава, все попытки вызвать у Кинича какой-то смех заканчивались скорее раздражением второго, нежели весельем. И Ахав бесился. И попыток не бросал. Что заканчивалось частым заточением. Как будто ему в руинах этого не хватило, честное слово...

— Да-да! Вот, хоть что-то! — Ахав напротив него забавляется, его губы искривляются в довольной улыбке, рот открывается в предвкушении. — Ну давай, давай же, скажи мне те слова ещё раз, Кинни... Кинни, Кинни... Ты знаешь, о чём я. Дай мне это!

Кинич... с самого начала не надеялся на успех этой операции, если быть откровенно честным. Все в его племени и за его пределами знали о поразительном количестве смертей и исчезновений, которые эти не так давно открывшиеся древние руины несли за собой.

– Слуга, ты сегодня наконец проглотил язык? Может и смерть не за горами? – Да-да, скоро. – уж очень спокойный ответ, впрочем как и всегда, но... Дракон почувствовал как то самое тошнотворное чувство беспокойства в миг заледенело в груди. Говорят, что у людей тоже есть шестое чувство, что люди тоже иногда предчувствуют свой конец. Ахав уже дважды за свою долгую жизнь увидел конец "вечного". Власть и величие, заточение. Он не хотел увидеть конец ещё чего-то. Кого-то.

Когда очередная кучка охотников предложила Киничу присоединиться к ним в поисках тайного драконьего сокровища, ни один из них не имел и малейшего понятия о том, какую опасность таили в себе "руины". Вот почему до места, где было запечатано древнее существо, Кухул Ахав, удалось добраться лишь Киничу. Так эти двое и встретились. Кинич сразу почувствовал злобу в голосе собеседника, как сразу понял и то, что его сила могла оказаться полезной. Что касается Ахава, у него на прибывшего были свои планы

Сжать горло. надавить. Пройтись пальцами вдоль татуировки, по коже. провести ниже, туда, где взор на тело уже перекрывается тёмной тканью одежды, оставляя волю лишь воображению. Чёртов Кинич. Где только нашёлся такой..

Ахав давно подкатывает к своему напарнику, и только они двое знают, что дракон имеет возможность показаться в человеческом теле