— Ты, — Дань Хэн тычет пальцем в нос Келусу и дует щёки, словно ребёнок, — ты за всю последнюю неделю флиртовал с мусорными баками больше, чем со мной. Дань Хэн скрещивает руки на груди и смотрит с таким напором, ожидая ответа, что Келус хочет смеяться. Ситуация внезапно оказывается забавной и… — Дань Хэн, ты что… — он удивлённо вскидывает брови — кто бы мог подумать, что сегодня Келуса ожидает столько открытий. — Ты ревнуешь?

Келус никогда не рассказывал даже Март о том, что он чувствует к Дань Хэну. Дань Хэн, смотрев на Келуса, никогда не произносил про себя слова «люблю».

Что такое быть первопроходцем?

В комнате тихо, никто из них не говорит и лишнего слова: слова здесь не нужны, они даже излишне и совершенно ни к месту. Для людей, привыкших прикрывать чужую спину, работать в команде и ощущать партнера продолжением себя, своей неотъемлемой частью, в словах нет необходимости: они способны понимать друг друга намерения с полувзгляда, полустона, полувздоха, и в этом единении есть что-то… интимное. Сближающее. И вместе с тем – сносящее крышу.

Дань Хэн не любит свой истинный облик – он напоминает о прошлом. Но, возможно, Келус сможет это исправить?

Он стоит перед окном в одном халате и рассматривает звёзды, осторожно касаясь стекла кончиками пальцев. Келус напряжённо следит за ним, когда дверь с тихим шорохом закрывается, и улыбается, не заметив реакции. Впервые он видит Дань Хэна настолько увлечённым за пределами архива, в котором он всегда и ночует. Уговорить его прийти на ночь к Келусу тоже то ещё чудо, если так подумать.

Келус за короткие каникулы должен подготовить проект по книге о мифическом существе, но в проблемы с выбором литературы для разбора примешивается ещё и раздражение от незакончившейся адаптации в новой стране, а вместе с ней и расплывчатые воспоминания об одном человеке. Словно он потерял что-то важное, но не может вспомнить, что именно. А, может быть, не там ищет?

Первопроходец стоит перед простой задачей — пройти Виртуальную вселенную и выбрать подарок для одного видьядхары. Что может пойти не так?

Дань Хэн - видьядхара или проще говоря дракон, у которого вот-вот начнётся особый период. И есть Келус, который просто хочет потрогать милые рожки.

После третьего мира в виртуальной реальности Келус чувствует себя очень паршиво.

У Дань Хэна длинные волосы, хвост и очень чувствительные рога. Келус обескуражен, но очень любопытен.

Не то, чтобы Келус как-то привлекал Дань Хэна. Просто в один момент в базе данных сама по себе появляется папка с именем первопроходца, скрытая от чужих глаз ограниченным доступом.

Став невольным свидетелем чужих кошмаров, Келус понятия не имел, что станет для кого-то единственным утешением. Но вот он снова здесь, в комнате Дань Хэна, и тяжелое, прерывистое дыхание от касающихся его шеи губ, обжигающих ледяным пламенем чувствительную венку, и взволнованно бьющееся чужое сердце в груди, прижавшейся к собственной, для Келуса имели значение куда сильнее слов. А для Дань Хэна это было всем.

У Дань Хена теперь длинные волосы, поэтому первопроходец с удовольствием решает заплести их.

— Просто чтоб уточнить, — бросает Келус с настолько дерьмовой ухмылкой, что Дань Хэн мгновенно понимает: ему не понравится вопрос, — а встает у тебя на меня тоже из желания спасти или там есть другие причины?

С самой первой встречи с Дань Хэном, Первопроходец ловит себя на мысли, что руки этого мужчины просто прекрасны.

Дань Хэн всегда сдержан. Он словно контролирует каждый мускул на лице, чтобы никто не увидел его эмоций. У этого есть плюсы, потому что он всегда держит голову холодной и не действует импульсивно. Но Келусу до зуда в руках хочется увидеть больше эмоций на лице Дань Хэна.

Неполадка на борту экспресса заметно затянулась по времени. Теряющий от скуки разум, Келус уже не знает куда деть себя, в попытках стать сильнее. И помощь, как всегда, приходит оттуда, откуда ожидать её было попросту невозможно. Сомнительная золотисто-розовая коробка в его руках вселяет надежду, только вот её истинное предназначение – это не совсем то, чего ожидал герой.

Первая мысль, возникшая в голове у Келуса при появлении Дань Хэня в своём истинном облике, звучала примерно как: «Вот это да». Вторая мысль, которая появилась сразу после первой, была чётким предложением: «У меня встал».

Дань Хэн так сильно боялся своих кошмаров, что не спал уже несколько дней. И Келусу это не нравится.