Хёнджин недавно лишился родителей и, потеряв жизненный ориентир, ведёт спокойную и размеренную жизнь в отчем доме. Но возвращение друга детства изменит её к лучшему или, наоборот, всё усложнит.

Думал ли Сынмин когда-нибудь о том, что превратится в вампира? Нет. Ему такое даже в голову не приходило, потому что, во-первых, он был далёк от подобных фантазий, а во-вторых, вампиры ему никогда не нравились. Сумерки — культовый фильм, но чёрт, что вообще может быть привлекательного в парне, у которого даже сердце не бьётся? Превратился ли Сынмин в вампира? Да. И это было ужасно.

«Лично я могу подразделить всех окружающих омег на 4 категории» - подобные мысли вертятся в голове Сынмина, пока он записывает лекцию за профессором и старается не заснуть от его монотонного голоса.

Soulmate!au, в которой однажды ты перестаешь видеть собственное отражение в зеркале — вместо него появляется лицо того, кто предназначен тебе судьбой. И так будет до тех пор, пока ты не встретишься с ним в жизни. [сборник не связанных между собой историй]

— Я…— Ким мнется, прикусывая губу и стыдливо прячет глаза, — мне страшно, могу я поспать с тобой? — голос тихий, а в глазах столько надежды что Хвана аж передергивает.

—Мне так жаль, что ты не видишь себя моими глазами, — Джисон тяжело вздохнул и опустил голову. Он чувствовал себя таким бессильным. Минхо так никогда не считал. Он мягко приподнял голову Джисона за подбородок и посмотрел прямо в глаза. —Вообще-то ты можешь мне показать. *** История о борьбе со своими страхами и о том, что всё в мире сводится к искусству.

— Не забывай меня. Фраза, из-за которой Сынмин продолжает цепляться за обрывки воспоминаний, что снятся по ночам. И Сынмин уверен, что это не просто игры воображения, ведь он до сих пор ощущает жар от касаний на себе и тонет в бездне чужих глаз из этих видений.

— Значит, ты балетом занимаешься. — Да. И что? Тоже пидором собираешься назвать? — Ты не пидор. — Что? — с уст срывается поражённый тон. Хёнджин отходит на шаг и суёт руки в карманы. — Если кто-то и говорит тебе такое, то пидором является сам. Сто процентов завидуют, потому что ты приятно выглядишь и вкусно пахнешь, — хмурый вид сменяется вновь улыбкой и глазами-щёлочками. — И я не "тоже". Наоборот, с удовольствием посмотрел бы, как ты танцуешь. У Сынмина, кажется, весь мир рушится.

Оставив розу в покое, Сынмин поворачивается к собеседнику и смотрит прямо в густую тьму, сквозь которую ощущается чужой щекочущий взгляд. А после Сынмин поднимается выше по тьме и глядит на макушку, где, расплываясь, строится силуэт короны. Эта тень отличается от других. Ведь эта тень главная среди них. И это единственная тень, которая посещает сад далеко не из-за цветов.

Все знают, что пса господина Хвана нельзя и пальцем трогать. К Сынмину может прикасаться только Хёнджин, но и тот особо не пользуется этим, чаще направляя за поводок, что обычно безвольно свисает с шеи Кима. Будучи до жути тактильным, тому остаётся тихо скулить от тоски, да умолять взглядом: "прикоснитесь, ну же". О том, чтобы коснуться Хвана самому и мысли быть не может. Пока хозяин не разрешит, верному псу остаётся лишь наблюдать и умирать внутри от томления.

Про коридоры, их коварность и последствия действий, совершённых в панике...

Сынмина всю жизнь называли даром, чудом. С детства ему твердили, что он – спасение для их городка и именно поэтому должен вырасти в лучшую версию себя. Потому что однажды Сынмин станет даром для другого. Для того, кто уже несколько столетий живёт в водных глубинах. Для того, кто благополучие городка обеспечивает, насылая на жителей удачу. Для того, кто одиночество ненавидит и поэтому судьба его раз в сто лет рождается под лазурной луной.

Точно ветерок, Сынмин лишь лёгким карамельным шлейфом скользил по судьбе Хёнджина, очаровывая, дразня и улетая дальше. Хёнджину никогда не удавалось поймать ветер.

"Я справлюсь" – пишет однажды Сынмин на руке. На внутренней стороне ладони, а после с кривой улыбкой на устах, прижимает дрожащую конечность к груди. С отчаянием сидя на холодном полу в школьном туалете, эти отпечатки чернил на руке – единственное, что придаёт сил.

Море отчаяния затопило мир Сынмина. На грани того, чтобы погрузиться в него с головой и сдаться в руки уготовленной судьбе, он находит спасательный круг. Упорно цепляется за него. Только вот не является ли он на самом деле якорем, что лишь на дно утянет? — Помогите мне, доктор Хван.

В отдалении слышится зов часов, они звучат низко, размеренно и напоминают набат. Сердце в такт им бьёт так, что всё тело содрогается, ноги подкашиваются, а дыхание рвётся. Уже скоро. Вот-вот. Стрелки занимают своё место. На часах ровно двенадцать, а на небе ярко светится луна. Полночь. Галерея наполняется душами.

Он что? Он увидит, как Ким Сынмин натягивает на себя чулки, будучи в юбке? Звучит невероятно. А выглядит ещё лучше.

На востоке любят танцы и веселье. На востоке любят и уважают короля и королеву, которые вкладываются в народ, даруют счастливую жизнь. Королевская семья на востоке приводится многим в пример. Их любовь и отношение к миру заслуживает восхищения. Королевская семья Востока, вероятно, самая счастливая в мире.    Вспоминая о яде в своей еде, принц Сынмин усмехается.

Отпечатки лапок, точно лисьих, ведут прямиком к тайне, что сокрыта от других людей. Хёнджин эту тайну поймал прямо за мохнатый рыжий хвост.

После церемонии бракосочетания принято отправляться в медовый месяц. Не нарушать ведь традиции? У них есть две недели, полная свобода действий и множество чувств друг к другу.