Иногда Максу хочется полностью отдать контроль и стать полностью беспомощным. И только Джордж может ему в этом помочь. AU в котором Макс не справляется со своими внутренними демонами, но он больше не один.

Победа и статуэтка в замену классического кубка на подиуме явно не сравнится с тем, что предлагает Ландо. Оскар не в силах ему отказывать. В общем-то, никогда не в силах - как победитель он должен забрать своё.

Он не должен вести себя так. Ему надо быть сдержанным. Ему не должно быть настолько плохо из-за этого. К тому же, гонка уже окончена. Он приехал четвертым. Всё осталось шестьдесят два круга назад. Но Оскар всё равно чувствует себя до тошноты плохо. Правила папайи? Ни о каких правилах и речи быть не может. Гран-при Сингапура 2025 или же Оскару плохо, Ландо рядом.

— Вкусно? — прозвучало почти естественно, нейтрально. 1:1. Едва губы дрогнули в самодовольной ухмылке, как последовал контрольный в голову. — Очень. Попробуй.

— У, — коротко выдал Оскар, стараясь собраться в кучу и не ляпнуть лишнего, не испортить момент, — так вот что они имели ввиду под тимбилдингом.

Сначала Оскар безуспешно пытается прекратить ненавидеть итальянцев, а после — безумно любить. 1/2

Они — лед и пламя Формулы-1. Чемпион Макс Ферстаппен и его главный соперник Шарль Леклер. Один случайный поцелуй. Одна камера. Скандал, который может уничтожить всё. Теперь им приказано лгать. Но чем яростнее они отрицают правду перед миром, тем сильнее их тянет друг к другу в тени. Их главная битва развернется не на трассе. И ценой поражения в ней будет не кубок, а они сами.

Оскар очень старается прийти в себя после Гран-При Сингапура, а Ландо настолько же сильно старается вывести его на эмоции, возможно немного сомнительным способом.

Джорджу было невероятно обидно за нелепое прозвище, которым его наградили в той глупой викторине. Хотя для Оскара он готов быть кем угодно.

Оказывается, в контракте есть пункт о «недопустимом поведении»! И откуда Оскару было знать, что секс с напарником – недопустимое поведение? Лично для него это вполне допустимо. Может в душе он и был согласен со всеми этими итальянскими криками, клялся и божился, что больше не пойдет на поводу у этой пубертатной катастрофы, но когда заведенный Ландо Норрис говорит тебе снимать штаны – ты снимаешь штаны. Даже если ты уже без них. Господи, дай терпения. И сил. Или хотя бы не попасться еще раз.

«Я ничего не слышал», — сказал Ландо. Оскар вернулся в свою квартиру, и эти слова крутились у него в голове. «Наверное, это был ветер».

— Если бы у тебя соулмейтом был Стролл, например, — усмехается Льюис, — Тото его все равно не взял бы в команду ни по любви, ни за деньги.

Джордж Рассел любит Льюиса Хэмилтона и не любит будущего напарника - Андреа Кими Антонелли. Или не все так просто. По мотивам безумного уикенда в Бразилии 1-3 ноября и далее с заходом в 2025

Он не может уснуть и вслушивается в звуки за стеной, хоть и знает, что ничего не услышит. Льюис занят, он не у себя. И ему наплевать, как Джорджу плохо. Каждый раз, когда это происходит, он хочет сказать, что его не устраивает, не подходит, ему не надо – так. И каждый раз после Льюис находит какие-то слова, чтобы убедить, успокоить. Обмануть.

Макс и Шарль — не известные гонщики, а иностранцы, решившие исследовать Японию. Каждый из них решил окунуться в уличную культуру японских автомобилей. Макс — живая легенда этих улиц, несмотря на происхождениеие, а Шарль решил бросить ему вызов, зацепив не только бампер, но и сердце.

Он словно тонет. Его обволакивает со всех сторон ледяная и безжалостная жидкость. И тянет на дно. Тянет к Максу. Тянет туда, откуда он никогда не сможет выбраться.

Джорджу нужно было выбросить Кими из головы. Он сходил с ума, зацикливаясь на предположениях, которые на самом деле не мог изменить — ни один из них не мог. Нет смысла ждать худшего развития событий, когда на первом плане стоит возможность наслаждаться прямо здесь и сейчас. 2/?

Ходят слухи, что Макса Ферстаппена можно возбудить разговорами о его соперничестве с Джорджем Расселлом.

Секрет успеха Макса — не в аэродинамике, а в Джордже Расселле. Их гоночный ритуал жарче любого дебрифа. Чтобы стать королем трассы, Макс должен пасть к ногам соперника. Чтобы победить, нужно сдаться. Единственному, кто знает, каково это — владеть чемпионом. Тело — плата. Победа — наркотик. Но одна ошибка — и хрупкий механизм рухнет.

— Если ты будешь пристально смотреть в бездну, то бездна тоже будет пристально смотреть на тебя. — Хочу тебя поправить. Я и есть бездна. Или ау, где Оскар — мафиозный авторитет, а Ландо вдруг оказывается ему должен. И между ними лишь любовный контракт, не больше.