Эндо расплывается в ухмылке, показывая накладные вампирские клыки. "Сладость или гадость?" — тянет он, выверенным жестом подставляя ногу в проём двери.

Суо влюблён в своего соседа, который встречается с Кирю, который пытается втянуть его в полиаморные отношения. А Сакура — тот самый сосед — уверен, что Суо влюблён в девушку его лучшего друга — Кирю. Какой-то странный любовный многоугольник.

Какой может быть беременность? А послеродовое время? Оно может быть адским, но с таким, как Ямато Эндо — ничего не страшно.

Эта алая радужка, хищно поблëскивающая, зажигается, словно чиркнутая в темноте спичка. Сакура подавляет в себе иррациональный страх жертвы, жаждущей вырваться из лап хищника. Они смотрят друг на друга, и если в его глазах отражается смятение вперемешку с опаской, напротив его встречает предвкушение со вкусом потерянной возможности, пороха и рассыпанного из часов песка. Нет сомнения, кто находится перед ним.

Сакура заводит инстаграм. А его самого, кажется, заводят фотки Кирю. И это всё выглядит нифига не по-дружески.

Сакуре, в общем-то, было пофиг, что для работы на фестивале нужно будет втиснуться в платье горничной – предрассудками он не страдал. Член у него от этого не отвалится, а деньги есть деньги, какая разница, как их зарабатывать. Он, конечно, не верил во всю эту историю с тем, что он красивый – ясен пень, одноклассники просто поугорать над ним решили. Но гонять в платье точно лучше, чем убираться – и в сто раз лучше, чем готовить.

Сакуре, как партнёру Суоу приходится мириться с его странными увлечениями, даже, когда ему из раза в раз приходится неловко прятать лицо в ладонях, но соглашаться.

Суо как-то до глупого ошарашенно замирает, глядя в лицо Сакуры. Точнее, на его губы. Тёмно-красные, бордовые скорее. Это… помада? Вот как. Выходит, Сакура воспользовался его шутливым советом и пошёл к Цубакино? Зря Суо, выходит, покупал бальзам, который сейчас лежал в кармане пальто.

5 раз когда Суо флиртует с Сакурой, и Сакура нервничает. И один раз когда они что-то с этим делают.

— Я уж было решил, что ты оставил бы меня на растерзание этому малышу. — Тебя попробуй еще растерзай, заболтаешь раньше, — отодвигаясь, пробормотал химера. Суо засмеялся. — Я предоставлю тебе такой шанс, только не упусти! И вот, спустя несколько месяцев, шанс Сакуре наконец представился, но совсем не там, где он ожидал.

- Да, Нирей?... Сакура-кун со мной... Снова стычка на нашей улице? - почти буднично произносит Суо. - Да чтоб вы все провалились... - рычит Харука, укрываясь одеялом с головой. А он просто хотел отоспаться!

— Неужели Сакура-чан ревнует? — мурчит вдруг Кирю, подпирая подбородок рукой. Взгляд его, по лисьи хитрый, скользит по лицу Сакуры внимательно и въедливо. И Сакура от его слов вдруг замирает, прибитый к полу этим простым вопросом. Ревнует? Он? Что за… что за бред?

— Продолжишь в том же духе, и второго глаза лишишься. Что, уже делал попытку подружиться с тем, кто сильнее тебя? — Харука практически ткнул пальцем в повязку Суо. Сакура производил впечатление потрепанного жизнью кота, который поучаствовал в десятках, если не сотнях, уличных драк, и вышел победителем в каждой из них. Хаято обязан его приручить, чего бы ему это ни стоило.

трио класса ветролома бежав за нарушителями порядка, упустили их. а возвращаться было тяжело, и Суо предлагает пойти к нему домой

Суо говорит с Сакурой на языке цветов. Проблема в том, что Сакура не понимает ни единого слова.

— Когда пойдешь за меткой? Неделя прошла. — А? — Сакура оторвался от омлета и удивлённо вытаращился на Котоху. — За какой, нафиг, меткой? Если бы Сакура знал, какие проблемы за собой повлечет должность старосты, ни за что бы на неё не согласился.

- Но допустим, что ты каким-то образом нашёл 100-процентные доказательства моей вины. Они наверняка уже есть у нескольких людей, ведь если я - Кира, то в такой ситуации я мог бы запросто убить тебя. И вот, в любом случае смертный приговор дышит мне в спину, - Лайт поднял глаза и произнёс. - Через какое время ты сдашь меня властям? Завтра? Через неделю? Какую дату смерти ты бы мне назначил, Эл?

Вскоре кашель Лайта превращается в смех; он усиливает хватку на пистолете и, качая головой, ухмыляется. — Надо было привязать тебя к изголовью кровати, — шепчет он. — Мне нравится, когда ты привязан к изголовью кровати.

Любовь не может существовать без ненависти, а ненависть без любви. Ещё часто говорят, что от любви до ненависти всего лишь один шаг. Но так ли это на самом деле? Может быть, всё гораздо сложнее и чтобы сделать этот шаг, нужно пройти долгую дорогу? (Сборник разных историй).

Допустим, Лайт так ничего и не вспомнил, потому что не прикоснулся к тетради смерти. Расследование закончено, а убийства прекратились… Конец истории?