Бакалавру очень нужен порошочек, но у него всего девять детских сокровищ.

"- Мы в одной лодке, хочешь ты этого или нет, – спокойно сказал Артемий. – И делаем одно и то же дело, ойнон. - Я не калечу людей, Бурах, и тебе не советую, пока на улицах Чума. Закончится, я уеду – и развлекайся как захочешь." Или история о том, как Бакалавр в итоге привязался к Городу.

— Эмшен, — приветствовал он Бураха. — Ойнон. — Я правильно это произнес? Эмшен? — Даниил поднял глаза. У Артемия на скуле появилась приметная ссадина. — Не совсем... надо сильнее глотать гласные, будто сдавлено все во рту... а, неважно. Постканон, описывающий развитие отношений Бакалавра и Гаруспика сразу после окончания эпидемии, и путь, который им обоим предстоит пройти: Бураху — в принятии их отношений, Данковскому — в осознании, что ему необходимо жить дальше.

Шпили Собора чернели на том берегу притока, но Многогранника не было, будто никогда и не существовало. Данковскому на мгновение показалось, что в небе от него осталась лишь невосполнимая дыра. - Что произошло, Бурах? И… – голос Даниила слабо задрожал, стоило ему обернуться на Артемия, который уже непоколебимым изваянием стоял за его спиной: – … почему мы живем под одной крышей?

Это слэшное ПВП. Тут именно тот сюжет, о котором вы подумали. Даниил сверху, но проникновения нет. А ещё в конце они немного говорят о судьбе Города.

Мы идем по тропкам, которые уготованы нам Судьбой, хоть сами и отрицаем это. Главное понять, кто нас встретит на самом важном перекрестке.

Сам по себе Данковский не славился приверженцем романтизма и не очень любил детей, но на даче Артемия внутрь него пробралось что-то до жути простое и сентиментальное.

Надо же было влипнуть в такое. В такое, как Бурах.

Зачем выбирать между Гаруспиком и Полководцем, когда можно оставить себе обоих?

Ни один из них не хотел оставаться последним, не хотел переживать целый город, но вечность решила за них. Поборов смерть, они встали на тропу войны с жизнью - жизнью, которая выдернула их из общего строя. Все знали, как оплакивать одного. Это знание было вшито в подкорку: каждый понимал, что его тело не вечно. Но знало ли хоть одно живое существо, как оплакать тысячу?..

Вот так ты себя и запечатлел, Ворах, для будущих поколений. Хоть ложись да помирай.

Ау. Артемий учится на первых курсах, часто меняет учебные заведения. Из столичных друзей только Василий Ситкин, с кем подружился во время проживания в первом общежитии. В последнее время Ситкин стал завсегдатаем то ли какого-то кружка, то ли клуба, то ли просто компании друзей и знакомых. Бурах поддается на переговоры друга, и решает пойти с ним на очередную встречу, чтобы никогда там не появляться снова. Но Даниил-бездна Суок-Данковский.

Модерн!АУ: бакаруспики знакомятся при других обстоятельствах, никаких эпидемий (включая ковидла), никакого вечного деда, но, несмотря на эти факторы, все дороги всё равно ведут в Город-на-Горхоне. Местное наречие фривольно подменено на белорусский, автор поминает всуе старбакс и термины из патологии. (Имейте снисхождение к женским слабостям!)

сплетают нас в узор. Сборник драбблов, преимущественно неремейк.

С лёгкой улыбкой на лице и яблоком в руках Бурах уселся за стол. Он взял нож и стал ловкими движениями очищать фрукт от кожуры. На кухне царила какая-то странная атмосфера. Она не была давящей или неловкой. Все будто было само собой разумеющимся. С Даниилом в одеялах и с чаем, что так заботливо приготовил для него Бурах. И с самим Артемием, который чистил яблоко, каждую дольку рассматривал, а уж потом клал на блюдце.

Сложно думать о будущем, когда его нет.

За минувшие сутки заразилось сто одиннадцать человек, умерло — семьдесят три, пропало без вести — тридцать два. Количество умерших на текущий момент — триста шестьдесят пять, заболевших — сто пять. Каждый раз, получая подобную сводку, Данковский покрывался холодным потом. День ото дня потери только росли, давно исчисляясь сотнями жертв.

Чудеса спрятались, а традиции остались. И одна из них - праздник первых заморозков, Мөсөн салхи. Им степнячья братия встречает приход зимы, покидая город на целую неделю. И в этом году, когда Артемий Бурах, желая вспомнить детство, решает отправиться с ними, с ним неожиданно является гость. И гость этот из другой плоскости, да с намерениями чудными.

[Дневной финал] Документы доставлены. Приказ отдан. Многогранник будет уничтожен. Смотреть на это зрелище уже не было сил. Одиннадцать дней в городе происходит ахинея. Люди либо умирают, либо сходят с ума.

Широкий и тёплый — таким почти всегда был приём Данковского в этой маленькой семье. Бурах наблюдал за этим и надеялся, что Даниил чувствует себя как дома в такие моменты. Хотел верить, что когда-нибудь он начнёт ощущать себя на своём месте среди них, людей-осколков, острых, повреждённых, разбросанных по жизни, но как-то сросшихся вместе, сошедшихся гранями.